Опустив глаза, уткнулась носом в грудь моего теперь уже мужа. Он по-прежнему тяжело дышал, все еще приходя в себя. В моем сердце разлилось счастье и нежность к этому недавно чужому мужчине. Я чувствовала его всей душой и слышала его отклик. Теперь мы были связаны и ощущали друг друга эмоционально.
— Свершилось, — прошептал он мне в ушко, — теперь мы едины, огонь принял тебя.
Я лишь кивнула в ответ, но взглянуть на него не решилась. Постояв так еще минутку, он погладил меня по голове, поцеловал в макушку и произнес:
— Давай оденемся и выйдем.
Аккуратно отстранившись, он поднял туники, нежно касаясь, накинул одну на меня и застегнул пояс, потом оделся сам. Два хлопка — и огонь начал постепенно гаснуть, открывая нас взорам присутствующих. Как только мы появились перед пашами, послышались аплодисменты и выкрики поздравления."
"Я покраснела от такого внимания. Мне было жутко неловко от осознания, что все это время они стояли тут и, пусть не видели нас, но слышали. Сем крепко держал меня за руку, придавая уверенности.
Поднял руку вверх, успокаивая поданных.
— Обряд свершился, — произнес он громко. — Я горд представить вам мою жену по воле огня — Элини. Статус ее отныне будет звучать, как хранительница моего тела.
По залу прошел гул голосов, все были в недоумении от такого заявления. Оказывается, тут не принято так возвышать жену. Но повелитель вновь поднял руку, призывая к тишине.
— Я дарую ей этот статус и даю полную свободу действий. Как повелитель Даркона и истинный предок Вергуса де Разгара, я — Семрос де Разгар — использую свое законное право.
После этих слов все встали на колено и преклонили головы перед ним. Я чувствовала гордость за своего мужа и была благодарна ему за столь щедрый подарок. Понимала: то, что Семрос сейчас сделал, нарушало законы гарема и устои государства, но он пошел на это ради меня. Сердце екнуло от переполнявших меня чувств.
— Да будет воля повелителя, — произнесли дарги синхронно.
17 глава Гарем
Когда все поднялись, паша, который вел наш обряд, объявил зычным голосом:
— А теперь по обычаям нашего народа проводим молодых в покои! Пусть огонь дарует им сегодня наследника!
От этих слов мне стало плохо. Детей я не хотела, перед глазами сразу предстали роды мамы и ее мучения.