Последней каплей в чашу этого издыхания стало подтверждение посетившей догадки – замок мы действительно не покидали, Лорд телепортировал нас на нижние уровни, в подвал.
Как узнала? Да просто обратная дорога была иной, без всякой магии. Дождавшись, когда последний из адептов «познакомится» со стихией, Алентор нас выгнал. В сопровождении магистра Эртона нам пришлось идти наверх пешком."
"Это было долго, нудно, неприятно и утомительно. Отдельной проблемой стал выход из подземелья – Эртон не сразу сообразил как открыть проход.
А едва мы вышли, стена с угрожающим шелестом вернулась на место, отсекая нас от разлома. Но мы-то ладно! А вот элементаля, пожелай он вылезти, эта преграда остановит?
Впрочем, к этому времени главной моей грустью был не элементаль, а «огонёк». Всем известно, что Лорды жестоки, но случай со стражем был запредельным. Ещё и Морти рану солью присыпал:
– Ладно, Евка, не унывай. Ты везучая, найдёшь себе нового стража.
Мысли о том, что это невозможно, почему-то не возникло, зато я чётко поняла – а другой мне не нужен.
– В конце концов ты первокурсница, – продолжал верзила, – зачем тебе огненный помощник? Вот позже, годика через три-четыре…
Дальше я не слушала и молчаливо ворчала от того, что Морти прицепился, как клещ. Парень всю дорогу держался рядом и беспрестанно бубнил. Зато пару раз придержал на ступеньках, когда я собиралась оступиться.
Приятно, но внимание было всё равно лишним. Да и не верилось, что это просто так.
После того, как добрались до аудитории и забрали свои вещи, бритоголовый заявил:
– Ну чё? Обедать? – реплика адресовалась нашей небольшой «учебной группе».
Вся компания, услышав предложение, кивнула. А я, погружённая в переживания, не сразу поняла, что это относится и ко мне.
Меня приглашали, и здравый смысл шептал – Ева, соглашайся! Иди со всеми! Не отмораживайся, если хочешь подружиться с сокурсниками. Но я отказалась, аппетита вообще не было.
Очень вежливо поулыбавшись огневикам, я поудобнее перехватила учебники и отправилась во второе жилое крыло. Дорогу уже запомнила, поэтому проблем не возникло, но, когда отпирала дверь комнаты, сердце защемило.
Я вошла, с великой грустью посмотрела на хранилище и остолбенела. Прожилки каменного узора мерцали. «Яйцо» выглядело так, словно в нём кто-то есть.
Разуться я не потрудилась. Книги оказались сброшены на кровать, сумка – тоже.