Всё, что увидит Финеас, — это нутро моей сумочки.
— Умно! — одобрительно сказал Рон.
— Спасибо, — улыбнулась Гермиона, пододвигая к себе тарелку с супом. — Ну, Гарри, что ещё случилось сегодня?
— Да ничего, — ответил Гарри. — Семь часов проторчал у входа в Министерство. Её так и не видел. Зато видел твоего папу, Рон. Выглядит хорошо.
Рон благодарно кивнул. Они решили, что пытаться заговорить с мистером Уизли, когда тот входит в Министерство или выходит оттуда, слишком опасно, поскольку его постоянно окружали другие чиновники.
— Папа всегда говорил, что большинство министерских чиновников, чтобы добираться до работы, используют Сеть летучего пороха, — сказал Рон. — Поэтому мы Амбридж и не видим, она считает себя слишком важной персоной и пешком никогда не ходит.
— А как насчёт той смешной старой волшебницы и коротышки в тёмно-синей мантии? — поинтересовалась Гермиона.
— А, ну да, того, что работает в магическом хозяйстве, — сказал Рон.
— Откуда ты знаешь, где он работает? — спросила, не донеся ложку до рта, Гермиона.
— По словам папы, все работники Отдела магического хозяйства носят тёмно-синие мантии.
— Ты нам об этом ни разу не говорил!
Гермиона опустила ложку в тарелку и подтянула к себе кипу записей и карт, которые они с Роном разглядывали, когда в кухню вошёл Гарри.
— У нас тут ничего насчёт тёмно-синих мантий не записано. Ничего! — сказала она, лихорадочно перебирая страницы.
— Да ну, велика разница.
— Велика, Рон! Если мы хотим проникнуть в Министерство, где наверняка сейчас высматривают посторонних, и не попасться при этом, для нас важна любая мелочь! Мы об этом сто раз говорили. И какой смысл во всех наших разведочных вылазках, если ты даже не потрудился сказать нам…
— Чёрт возьми, Гермиона, ну забыл я какой-то пустяк…
— Ты что, не понимаешь, что для нас нет сейчас во всём мире места опаснее, чем Министерство ма…
— Думаю, надо идти туда завтра, — сказал Гарри.
Гермиона умолкла на полуслове, так и не закрыв рта, Рон поперхнулся супом.
— Завтра? — переспросила Гермиона. — Ты серьёзно, Гарри?
— Серьёзно, — ответил он. — Мы уже месяц как толчёмся у входа в Министерство, подготовиться лучше нам всё равно не удастся. А чем дольше мы будем откладывать вылазку, тем дальше может уйти медальон. Не исключено, что Амбридж его уже выбросила, он же не открывается.