Водянистые глазки похожего на крысу человечка испуганно выпучились — он, казалось, не меньше Гарри удивился внезапному милосердию собственной руки и ещё энергичнее начал вырываться, словно желая загладить минутную слабость.
— А это давайте-ка сюда, — пробормотал Рон, выдирая из другой руки Хвоста волшебную палочку.
Безоружный, беспомощный Петтигрю таращил глаза с расширенными от ужаса зрачками. Его взгляд был направлен не в лицо Гарри, а куда-то в сторону. Пальцы серебряной руки неумолимо приближались к его собственному горлу.
— Нет…
Гарри, не задумываясь, перехватил металлическую руку, но остановить её не было никакой возможности. Серебряное оружие, подаренное Волан-де-Мортом самому трусливому и никчёмному из его слуг, обратилось против своего владельца. Петтигрю настигла расплата за мимолетное колебание. Мгновение жалости сгубило его: он задыхался на глазах у двоих друзей.
— Нет!
Рон тоже выпустил Хвоста и вместе с Гарри вцепился в серебряные пальцы, однако всё было бесполезно. Петтигрю уже посинел.
— Релашио! — сказал Рон, направив волшебную палочку на металлическую руку, но безрезультатно.
Петтигрю упал на колени, и в ту же секунду наверху дико закричала Гермиона. Глаза Хвоста закатились, он в последний раз судорожно дёрнулся и затих.
Гарри и Рон переглянулись и, оставив мёртвое тело Петтигрю валяться на полу, бросились вверх по лестнице. Прокравшись по коридору, они добрались до приоткрытой двери в гостиную. Отсюда было хорошо видно Беллатрису — она смотрела сверху вниз на Крюкохвата, державшего в длиннопалых руках меч Гриффиндора.
— Ну? — спросила Крюкохвата Беллатриса. — Настоящий этот меч или нет?
Гарри затаил дыхание, стараясь не замечать ноющей боли в шраме.
— Нет, — сказал Крюкохват. — Подделка.
— Ты уверен? — задохнулась Беллатриса. — Совершенно уверен?
— Да, — ответил гоблин.
Беллатриса вздохнула с облегчением и заметно расслабилась.
— Хорошо!
Небрежным взмахом волшебной палочки она хлестнула гоблина по лицу, так что на нём мгновенно вспух новый рубец, и Крюкохват с криком рухнул к её ногам.
— А теперь, — победно звенящим голосом провозгласила она, — вызовем Тёмного Лорда!
Беллатриса отвернула рукав и коснулась Чёрной Метки.
Сразу же шрам Гарри снова полоснуло болью. Реальность исчезла, он был Волан-де-Мортом, и истощённый волшебник насмехался над ним, хохоча во весь беззубый рот. Неожиданный вызов привёл его в ярость.