Повертела головой, чтобы найти герцога и поблагодарить за заботу, однако его рядом не было. Зато стоило шевельнуться — Вейре открыл глаза.
— Где мы?! — он сел на постели и заозирался по сторонам.
— В паритуме. Но в этом нет ничего страшного, — успокоила ребенка.
— Ух ты! — малыш откинул одеяло и поежился. — Бр-р… Холодно!
— Лежи, — снова укрыла его, тщательно подбив одеяло под бока.
— Я хочу посмотреть в окно!
— Оно закрыто. Дождемся герцога, и если он разрешит, посмотрим. Но мы высоко над землей. Ты боишься высоты?
— Не знаю!
— К ней нужно привыкнуть.
Мы беседовали, когда вернулся раздраженный герцог. Думала, сейчас накинется на меня, потому что сделала что-то не так, однако, к моему удивлению, он сел в кресло и сдержанно спросил:
— Они разбудили вас?!
— Кто?
— Не слышали Норрит? Хорошо. Я уже борюсь с желанием скорее отправить ее домой. Экипажем, — гневно уточнил. — Есть хотите?
— Да.
Вскоре нам принесли бутерброды и кашу, при виде которых Вейре насупился.
Покидая паритум, мы закутались в самые теплые вещи, какие имели. От корабля до холла всего-то несколько десятков шагов, но даже это вызвало в Вейре бурю эмоций, а у Норрит и ее дочери слезы.
— Мама! Я хочу домой! — рыдала девочка, потирая замерзший носик-пуговку. Так ее напугала морозная метель, швырявшая снежные колючки в лицо.
— Я тоже! — угрюмо шептала Норрит дочери на ушко, испепеляя мужа уничижительными взглядами.
— Норрит, ты же знаешь! — пытался утихомирить супругу Кратье, стыдясь семейной ругани.
— Да сдался тебе демонов колокол?! — злилась супруга. — Безделица! Глупость! Ты должен набирать состоятельную клиентуру, а не маяться дурью!
И я не удержалась.
— Простите, Норрит, что вмешиваюсь, но позвольте не согласиться. Ваш муж — талантливый человек. И, быть может, он прославится благодаря своему колоколу.
— Конечно, — горестно усмехнулась она. — Быть может, прославится когда-нибудь! Разве не должны мужья заботиться о благополучии жен. И быть с ними до последнего вздоха? — обдала мужа взглядом, полным обиды."
"Хорошо, что вернулся Освальд.