Сосредоточилась на черном клинке. И резко выдохнула. Стремительно, как атакующая змея, нож вонзился в грудь Германа. Мужчина удивленно уставился на клинок, потянулся к нему, а затем рухнул навзничь.
Взметнулись лисьи хвосты, Су Хен тут же бросился к заведующему. Лихо перемахнул через алтарь, склонился над телом. Потом выпрямился и посмотрел на меня, я спокойно выдержала взгляд нечеловеческих золотых глаз.
— Он мертв, — сказал Лис.
В ответ только кивнула.
Я так и сидела на земле, подняться не было сил. Лесная поляна превратилась в поле боя. Разбросанные валуны, с корнями вывороченные деревья, многочисленные ямы и рытвины.
Вдруг заметила какое-то движение. Устало обернулась. Ко мне плыло темное облако, в котором угадывались очертания одного из прислужников Германа. Буквально на глазах фигура изменялась и светлела. Когда дух приблизился ко мне, это была не безликая тварь с длинными когтистыми лапами, а белоснежная, полупрозрачная молодая женщина.
Я беззвучно заплакала.
— Мама…"
"Дух вытянул руку, дотронулся до моей щеки, будто хотел утешить меня, вытереть слезы. Улыбнулся и… растаял.
— Мама!..
— Она ушла. Теперь ее душа освободилась.
Подняла взгляд на Ли Су Хена.
Не говоря ни слова, я и Су Хен смотрели друг на друга. Может быть, несколько минут. Может быть, целую вечность.
Пошел снег. Медленно кружась, на поляну начали падать крупные, словно перья, хлопья.
— Ты все знал… — прошептала я. — Все знал и врал мне.
Су Хен вздрогнул, как от удара.
— Алиса…
Договорить он не успел. Послышался шум, кто-то с треском проламывался через кусты. На поляну высыпало два десятка вооруженных мужчин.
— Всем оставаться на местах! — закричал Александр Швецов. — Работает московская Инквизиция!
Казалось, я отвела взгляд от парня на один миг, но, когда я обернулась, Лиса уже не было. Он исчез без следа…"