Я со смесью ужаса и тревоги рассматривала Тариэля, неподвижно лежащего на кровати. Лицо эльфа было покрыто отвратительными бугорками. Похожая сыпь покрывала и кисти. Беспечный остроухий сел не на тот пенек, когда жевал походный паёк. Живший в пне рой шершней, предельно доходчиво объяснил, что мостить свою попу на чужую крышу не стоит. Увы, вместо того чтобы бросить все силы в защиту, Тариэль возомнил себя великим укротителем насекомых и попытался подчинить рой своей воле — забыл, что после вступления в Серый дольмен природные способности работают иначе.
— Лира, ты чего-о-о?
Едва я начала ощупывать шею Тариэля, он попытался закутаться в покрывало, но добился лишь эффекта припадочной гусеницы. Руки и ноги покусанного почти не слушались, а все благодаря зелью полной заморозки. Оно избавило Тариэля от боли, заодно и обездвижило.
— Прелестно дрыгаешься, — оценила потуги на перекат я.
— Антидоты выделяются на отряд и подотчетны, — мрачно поведал Ашар. — Только вскроешь, в лазарете тут же об этом узнают.
— Удобно! — восхитилась я.
— Палевно, — угрюмо бросил Ферран.
Это он сообщил Фейне о беде, приключившейся с Тариэлем. На общем собрании комнаты, которую делили Тариэль, Ферран, Ашар, Сногг и Дорс, решили обратиться ко мне за помощью. Парни хотели, чтобы я подменила Тариэля на послеобеденной лекции, после которой у серых начинались вечерние тренировки.
У девчонок в это же время была лекция у магистра Сларуса. Посещение было необязательным, на ней куратор предложил разобраться с нашим новым расписанием: рассказать, на какие предметы обращать особое внимание, и дать советы по взаимодействию с новыми преподавателями.
Честно? Никак.
Как бы ни старались, мы будем бесить и раздражать наставников, уже только потому что мы девушки. Причем, девушки, желающие изучать магию в мире, где женщина могла лишь обладать даром, но не использовать. Я пока не понимала, что задумал Сартарэн. Но вряд ли он желал устроить магическую революцию.
Вот и я на подвиги не рвалась.