Поэтому Сартарэн настоятельно убеждал учеников не обрекать своих отпрысков на немагическое существование, быть бдительными, короче, когда он по местной контрацепции и прочих универсальным методам прошелся, я решила, что могу себе позволить побыть ну очень стеснительным эльфом.
Стеснительным, но любопытным!
4-7
— А если найти подходящую женщину?
Мой вопрос вызвал шквал смеха и шуток.
— Ого! А у Тариэля уже зудит! — ехидно объявил Ашар.
Юморист! Так бы по голове и настучала!
— Уши чешутся, — хмуро подтвердила я.
"Ни капли не преувеличила. Мои уши уже не просто горели, они дико чесались. Да что там уши, я теперь вся чесалась, а еще ерзала на стуле, поджимала пальчики на ногах, да и в целом чувствовала себя просто меганекомфортно. Нет, не получится из меня правильного мужика.
— Вопрос интересный, — серьезно кивнул Сартарэн. — Все знают, что именно женщина является источником магии для детей. Она сосуд, передающий силу, потомству. Но наша магия…
Сартарэн щелчком пальцев вывел в воздухе туманный след, похожий на тот, что растекается в небе после пролетевшего самолета.
— Ашар, руну холода, пожалуйста.
— Будет сделано!
Ашар подскочил со стула и медленно свет ладони. Засиявший между них знак стужи был похож на морозный узор. Мне пришлось прикусить язык, чтобы не спросить то, что настоящий Тариэль наверняка знал. Удивительно, но Ашар по-прежнему мог обращаться к родной стихии и мгновенно создавать ее руны.
Убедившись, что символ засиял, наполненный магией, Ашар направил его к Сартарэну.
— Благодарю! — Лорд Лин кивнул, и из дымчатого вихря появилась рука. Она повела пальцами, как если бы разминала их перед захватом. — Итак, магия Серого дольмена. Только она способна на это.
Дымчатая рука стремительно бросилась к руническому знаку холода, схватила в кулак и сжала, только яркие голубые искры брызнули во все стороны. Но не они заставили меня вцепиться обеими руками в стул, на котором я сидела.