Ещё и Дорс пошутил, чтобы он проследил, что я держу оружие заряженным болтом от себя. Я не умела стрелять, и каким-то образом это сразу стало понятно всем. Наверное, я как-то не так держала арбалет, или не так стояла, или смотрела…
Повеселилась. Надо и честь знать. Теперь развлекаться будут другие. Нет, я не боялась подколов, но когда что-то кольнуло меня чуть пониже поясницы, едва не выругалась в голос. Когда я вскинула арбалет еще раз, земля под моими ногами ощутимо задрожала.
— Что, Истра, руки трясутся? — весело бросил Тариэль.
— Тяжелая игрушка. Чай не зеркальце, — глубокомысленно изрек Дорс."
"За спиной послышались смешки. Такими же замечаниями парни частенько награждали друг друга. Итак, серые зайки решили проверить меня на прочность. Парни прекрасно знали, что я не владею защитной магией, так что я оценила, что никто не ударил меня боевым заклинанием, не попытался вырубить в отместку.
8-3
Но мешать-то зачем!
Шлепок чем-то плоским и невидимым был мало того что неожиданным, еще и обидным.
— Ай! — тихо пискнула я, вызвав новую волну смеха.
Бросив арбалет на траву, с негодованием обернулась. “Зрители” выстроились в линию и с интересом ждали дальнейшего развития событий. Мимоходом отметила, что Фейна стоит рядом с братом и что-то с улыбкой ему говорит. Но меня заинтересовал совсем другой веселящийся:
— Ничего не знаю. А руки, вот они! — гоготнул Сногг, показывая мне ладони, по которым растекался туман.
Я вспомнила лапу из тумана, принадлежащую Сартарэну. Видимо, и Сногг также умел.
Иллюзорный огонь, вспыхнувший под ногами у парней, был так себе подделкой. Он не жег, не трещал, и даже не грел. Зато невидимая водяная волна оглушила всех. Эффект внезапности “утопления” был такой, что секунд на десять парни превратились в согнувшиеся пополам статуи. Я же коварно воспользовалась ситуацией, доковыляла до ближайшей мишени и расстреляла ее чуть ли не в упор. А вот насладиться победой не вышло. Ноги стали ватные, каждый шаг давался с трудом, а по телу растеклось странное оцепенение.
Позади раздавался смех, чередующийся с отборной руганью, но у меня не было сил даже обернуться. Не пошевелилась я, и когда на меня упала тень и я услышала тихо:
— Госпожа Истра, сдается мне, вы не расположены сейчас принимать поздравления.
Да что вы, лорд Лин, я сейчас вам и слова не скажу.
Губы не шевелились, а пищать или хрипеть я была морально не готова. Первый мое состояние заметил Тариэль.