Хочу услышать мнение эксперта твоего уровня.
Хэдвиг подается вперед, хватая ожерелье. В его глазах загорается огонек – похоже, зацепило.
– Неплохо, Демиан, – хрипло тянет он. – Но кое-что можно улучшить…"
"И понеслась. Он с жаром вдается в детали, активно жестикулируя. При этом украшение держит бережно, будто бесценную реликвию. Слушаю, поражаясь его таланту и страсти к работе. Черт, Виктор был прав – такие профи на вес золота.
Мы полностью погружаемся в обсуждение на пару часов. Спорим до хрипоты, но это только подогревает.
День выдался жарким. Мы с Хэдвигом допоздна сидим над коллекцией. Усталость берет свое, и мы на время затыкаемся. Наливаю нам коньяку. Янтарная жидкость плещется в бокалах. Пара глотков немного снимает напряжение.
Наконец решаюсь задать вопрос, который давно не дает покоя:
– Хэдвиг, кто убил Мелиссу три года назад? – мой голос звучит тише, чем хотелось бы.
Он вскидывает голову. Его лицо искажается, будто от резкой боли. Несколько секунд в комнате висит гнетущая тишина. Хэдвиг сжимает кулаки так, что белеют костяшки. Наконец цедит сквозь зубы:
– Дерек.
Я в шоке. Из всех возможных ответов этот – последний, о чем я мог подумать.
– Этот мудак взбесился, узнав, что я использовал его сестренку, чтобы подобраться к тебе, – продолжает Хэдвиг. – И тогда он… – его голос срывается, – он отомстил мне самым жестоким образом.
– Что с ним стало? – выдавливаю, вцепившись в подлокотники.
Хэдвиг впивается в меня взглядом. В его глазах плещется ярость и холодная жесткость.
– Хочешь знать, что я с ним сделал? – он ухмыляется, оскалив зубы. – Я его грохнул, Демиан. Пристрелил, как бешеную собаку. Никто не смеет трогать тех, кто мне дорог, ясно? Мелисса была… всем для меня.
Он замолкает, прикрыв глаза. В комнате повисает тяжелая тишина. Тот выстрел три года назад. Выстрел, который отнял у меня самое ценное.
Глава 4. Демиан
Виски обжигает горло, оставляя горький привкус во рту. Кручу стакан в руке, наблюдая, как янтарная жидкость стекает по стенкам. Хочется забыться, но алкоголь только обостряет чувства. День выдался адский, впрочем, как и вся неделя. Работа, встречи, бесконечные переговоры – всё смешалось в один нескончаемый кошмар.
И снова она. Её образ преследует меня, не давая покоя ни днем, ни ночью.