Тренировочный пустырь, прямоугольник плотно утоптанной — до состояния бетона — земли, был заполнен воспитанниками. Они выстроились рядами по росту, и повторяли одно и то же движение. Взмах рукой, шаг вперед, взмах другой рукой, отступить. И так по кругу. Похоже чем-то на тай-чи*, только сила, исходившая от некоторых подростков, напоминала, что учат здесь не пенсионеров и домохозяек, а будущих воинов и защитников Империи.
Девочки занимались в стороне. Их одеяния были просторнее, штаны прикрывала туника, но делали они все то же самое, что и мальчишки.
Я тоскливо вздохнула. Вот честное слово, лучше на солнцепеке стоять и шагать туда-сюда, чем бегать прислуживать. Тут хоть будущее какое-то, перспектива вырисовывается."
"Как подсказывала память Ронни, женщины-воины после окончания школы становились личными телохранительницами знатных девиц, а после жесткого отбора имели шанс попасть в гвардию Императрицы или одной из принцесс. Потрясающий карьерный рост, если бы не одно но: семью им заводить не позволялось.
Вовремя мне это вспомнилось. Желание обучаться официально поутихло.
В конце концов, никто не запрещает осваивать свою магию втихаря.
То есть, скорее всего, запретят, конечно, если узнают. Только пусть сначала засекут!
Я ухмыльнулась, отыскала в стройных рядах брата, кивнула своим мыслям и поспешила на кухню.
Обед скоро, мне ж прислуживать придется! Надо посмотреть, что сегодня в меню.
Госпожа Гао встретила меня удивительно ласково. Словно и не отправила вчера напрочь больную в прачечную подыхать.
— Рада видеть тебя в добром здравии, Ронни! — заявила она, старательно улыбаясь.
На ты, и по имени, но прогресс-то налицо! Не думаю, что она вчера вообще помнила, как меня зовут. Но личная служанка учителя Хайна — не баран чихнул. Приходится уважать!
Очень хотелось поставить на место хитрую бабу, но пока что не время. Пока что я, во-первых, ее подчиненная, а во-вторых, мне еще научиться надо местному этикету. Кроме поклона существует множество тонкостей.
Особенно во время подачи блюд.