Дэлглиш заметил:
— Не понимаю, как это относится к тому, что я пытаюсь сделать сейчас — поймать этого убийцу, прежде чем он — или она — снова решится на преступление.
Больше главный врач не сказал ни слова. Они вместе нашли одиннадцать архивов, соответствовавших выбранным карточкам, и принесли их в кабинет доктора Этриджа. Если Дэлглиш и ожидал, что главный врач может помешать ему на следующем этапе расследования, то он оказался приятно удивлен. Намек на то, что убийца может не остановиться на одной жертве, попал в точку.
— Я не спрашиваю имен этих пациентов. Мне не интересно, какие у них были проблемы. Единственное, чего я хочу, — это чтобы вы связались по телефону с каждым и тактично поинтересовались, не звонил ли он недавно в клинику, возможно, в пятницу утром. Вы можете объяснить свой вопрос тем, что кто-то сделал звонок, который чрезвычайно важно отследить. Если один из пациентов действительно звонил, мне нужно будет узнать его имя и адрес, но не диагноз.
— Я должен буду получить согласие пациента, прежде чем дам такую информацию.
— Если должны, — ответил Дэлглиш, — то делайте, как вам угодно. Единственное, о чем я прошу, — это о получении этой информации.
Условие, поставленное главным врачом, было простой формальностью, и они оба это знали. Одиннадцать историй болезни лежали на столе, и Этридж не смог бы помешать Дэлглишу, кроме как применив силу, увидеть адреса пациентов, если бы он того захотел.
— Нет, он не слышал. Как печально, правда? Нет, ничего важного… Просто старый знакомый, собирался в Уилтшир и надеялся снова встретиться с мистером Колдекоутом. Нет, я не буду разговаривать с миссис Колдекоут — не хочу ее расстраивать.
— Скончался? — спросил Дэлглиш, когда главный врач положил трубку."
"— Да.