Сначала я провел ладонью по бедру, чуть задирая юбку и наблюдая, как напрягается Лина. Потом сжал накаченные икры и вспомнил про пресс. Хотелось спросить, где и как она поддерживала форму после брошенных секций, но сейчас не время.
— Ай! Твою мать! Что это?!
— На что похоже?
— Жжет! И… течёт?
— Мм, значит, жжет? А если так?
Я прижал кубик льда к внутренней стороне бедра и повел вверх, плотно удерживая ладонью, заставляя течь от жара с двух сторон.
— Ооууу… Что это?
— Не спрашивай, просто чувствуй.
Следующий кубик я растер по икрам и немного намочил ступни, под отчетливые вздохи Лины.
— Ох, — вырвался первый стон, и я собрал мурашки кончиком языка.
Значит, «ох»? Неплохо.
Следующим заходом я стал смелее, чередовал губы со льдом. Холод с жаром. А температура во мне подросла. Сам не ожидал, что наивный разводняк Лины так развезёт меня.
Я приложил лед к щиколотке, подержал, и тут же слизал влагу языком, провел льдом выше по икре, и присосался сам сильнее.
И она поняла, но не прекратила игру.
Я немного поиграл под коленом, прежде чем резко прогуляться кубиком льда до самого паха и там под визг Лины остановиться, вжимая лед в горячую плоть.
Девчонка выгнула спину, потом начала извиваться, но я быстро успокоил её, надавив на поясницу и заставив замереть.
Вот тут донесся протяжный стон и под ладонью я почувствовал вибрацию.
Кого я хотел успокоить: её или себя?
Кусок льда быстро уменьшался в руках, по внутренней стороне бедра Лины катились капли талой воды, а мне до одури хотелось впиться губами там, где только что был лёд. Ноздри трепетали, улавливая женский особый запах желания.
Я не мог, просто не мог сейчас дотронуться до неё там, потому что потом не смогу остановиться.
И вопреки желанию я провожу языком по бедру, собирая капли, жмурюсь от нежного аромата женской кожи, от близости другого, более притягательного запаха, который еще больше хочется вобрать в рот и исступленно сосать, собирая её влагу.
С тихими вздохами Лина поддается вперед, раскрывая ноги шире и давая мне возможность дальше залезть ей под юбку.