"
"— Когда позже? Зелень я бы вполне успела посеять и уже через неделю ели бы со своей грядки. Вскопай. Саша тебе поможет, да, Саш?
Я скривился, неопределенно выражая свое мнение на счет огорода. С другой стороны, каждую весну мы с Костяном все равно копали огород Марины. У меня даже была своя фирменная лопата здесь.
Но для чего Марине было именно так с напором давить на нас с Костей, я не понял.
— Поднимусь к себе, — бросил я Косте, когда с планами утряслось, и нарисовались два часа до отдыха.
Открыв дверь, я замер, чётко уловив чужой запах… Хотя нет, не чужой.
— Что ты здесь делаешь? — на опережение спросил я, еще не увидев ее, но точно зная, что ждет.
Плотно закрыл дверь и увидел её, притаившуюся как раз за дверью.
— Как вы угадали?
— Почувствовал тебя. Почему ты в моей комнате? — ведь мы оба знали, что её родители не должны застать нас вдвоем, не должны связать нас вместе.
— Ключ хотела вернуть, — заигрывающе пропела Полина.
Я не понял этих модуляций и протянул руку, но она отпрянула и прислонилась к стене, вызывающе выпятив грудь и выставив колено.
— Возьмите сами, — почти прохрипела она, поигрывая верхней пуговичкой на кофте с высоким воротником.
А ведь воротник на ней не просто так… Чтобы прикрыть ссадины и синяки.
Я прищурился, пытаясь разгадать ее игру и невольно начиная заводиться. И в это время верхняя пуговка выскочила из петли, приоткрывая вид на шею.
Сердце пропустило удар, а потом ожесточенно забилось в висках, оглушая.
— Я не разрешал лазить в моих вещах! — рука сама потянулась к шее Лины и сжала, приковывая её к стене теперь по моей воле.
— Накажи меня, — ее глаза с вызовом блеснули из-под ресниц.
Кажется, я хотел с ней поговорить, но вот сейчас больше всего хочу наказать.
Глава 7. Преступление и наказание
Я дернул ворот, раскрывая шею и зону декольте. На тонком мягком ошейнике на кольце для шлейки висел ключ от моей квартиры.
Какая-то непонятная, но чертовски приятная слабость расползлась по телу, делая ноги ватными.
И?..
Я, кажется, хотел поговорить и подчеркнуть ей выводы, которых она очевидно не сделала! И я не мог ее отпустить.
— Нельзя переходить на ты. Наказание ты заслужила, и оно тебе не понравится.
Я потянул за ключ, уже понимая, что мой ошейник просто так с шеи не сорвешь, он не бутафорский. Но в голове проносились сцены одна за другой, как можно было обыграть этот ключик на шее.