Я действительно была удивлена: как отец успел всё это провернуть за столь короткий срок?
Однако, проблема в том…Что я хотела милого, светленького пони с длинной чёлкой, которому можно было бы завязывать косички и кормить сахаром… Но…
Этот пони — просто исчадие ада. Маленький угольно-чёрный конь с короткой гривой и подстриженным хвостом, очень крепкий, со злыми глазами алого отлива.
Пока Калахарр Вено лучился от гордости, я подбирала слова, дабы выразить все свои непростые эмоции…
— Как ты его назовёшь? — лениво поинтересовался Король.
Я вздохнула в сердцах, с сомнением рассматривая пони, а потом пробормотала:
— Крепыш?
Другого имени у меня всё равно нет! Пони фыркнул и зыркнул в мою стороны как-то недобро.
— Ему подойдёт, — кивнул Вено. — Итак…
После этих слов отец без предупреждения усадил меня на пони. Эй-эй, постой! Я же не умею! А вдруг, он меня скинет?!
Я с трудом понимала объяснения отца, потому что очень нервничала. Всё будет… Хорошо? Верно?
Крепыш, повинуясь команде, медленно поскакал, но даже от этого я едва не свалилась! С-страшно…
— Спокойно, Хельга.
Ему легко говорить! Уверена: любое животное сразу подчинится такому Королю!
— Меня самого конь скидывал не раз, по юности, — задумчиво добавил Вено.
Что?! Это совсем меня не утешает!
Однако, обучение продолжалось и, вскоре, я начала испытывать небольшое удовольствие от происходящего.
Но нас опять прервали!
— Ваше Величество?
И снова она? Эта Минерва не сдаётся! В тот момент я самостоятельно пробовала управляться с Крепышом, а значит, оставила отца без присмотра. Рыжая лисица подошла к нему, воркуя про чудесную погоду.
Мне действительно не нравится её упорство! Я нервно сжала загривок пони и тот, внезапно, отчаянно рванулся вперёд… Прямо на Минерву.
Ай-й! Калахарр одним рывком стащил меня с лошадки, прижимая к груди и, таким образом, спас от ещё одного падения.
Нет, Крепыш не причинил ей весомого вреда. Однако, красавице пришлось отскочить, из-за чего Атертоун упала, испачкав свой прекрасный наряд в грязи.
— Ты… — змеиное шипение сорвалось с её губ, а нежное личико исказилось в гримасе, являя самую настоящую ненависть.
Я мелко задрожала, чувствуя вполне реальный страх.