Ба поставила приличную сумму на Ворона. Дэнби тоже выбрала одну из лошадей и Тони ее поддержал. И я не осталась в стороне. Вспомнив Стенли и его скакуна, решила, что поставлю пару монет просто ради интереса и в поддержку вороного коня, которому желала искренне победы.
- Ах, леди, вы обязательно выиграете, - сказал мне крепкий букмекер, мужчина уже немолодой, с пышными, лихо закрученными, усами, одетый в форменную одежду.
- Благодарю, - ответила я служке, и он пошел дальше, собирая деньги и подписи."
"- Вы, как вижу, тоже не лишены толики азарта, - шепнул мне Дориан, который сидел между мной и своей матушкой.
- Это же очень волнительно, - сообщила я, а мужчина, полагаю, невзначай, коснулся моей руки, лежавшей слишком близко от его пальцев.
Я вздрогнула. Ощущение было таким ярким, что лицу сделалось жарко. Отчаянно надеясь, что не покраснела, я перевела взгляд на поросшие травой полосы для скачек и сделала короткий вдох.
А еще мне снова захотелось пить. Наверное, от волнения, потому что в висках застучали слова Дориана и его мольба, дать ему ответ.
Глава 14
- Ты уверена, что мы правильно поступили, закрыв Пенелопу дома? – спросил Персиваль сидя подле матушки.
Леди Эдна пожала плечами и с недовольным видом отмахнулась от букмекера, поднявшегося было на ряд, где они сидели всей семьей. А супругу нервно шепнула, завидев, что он было сунул руку в карман и намеревается достать деньги:
- Даже не смей!
Лорд Уитни на миг застыл, затем прокашлялся и, вытащив руку из кармана, положил ее на колено, проявляя удивительную сдержанность.
Понимая, что здесь ставок ему не видать, молодой юноша в форменной одежде поспешил дальше, а Эдна ответила, склонившись к сыну:
- Ничего с ней не случится. Посидит дома под надзором. Здесь, боюсь, она могла все нам испортить. Эта ее странная симпатия в отношении Агаты могла привести к краху нашего плана.
Персиваль поджал губы и посмотрел на ипподром, где все уже было готово к соревнованию.
- Я очень на тебя надеюсь, дорогой, - добавила мать.
- А если Агате все равно на чужое мнение?
Эдна рассмеялась.
- Все равно? – повторила она. – Ты в своем уме? Дело касается чести леди. А для леди нет ничего важнее ее целомудренности. Да ни один приличный дом не примет к себе подобную особу. Ни один порядочный и состоятельный мужчина не пожелает заключить с ней брачный союз. Она будет вынуждена стать твоей женой, или превратиться в изгоя.