Любовь без поцелуев (СИ)

Он на одну тему может написать штук пять разных. Он мне их пишет и Вовчику, и Танкисту. А вот Банни и Рэй пишут сами, и Макс, похоже, тоже. И как это у них получается?

– Ещё бы я на такие темы думал, ага, щас!

– А что за тема, – Макс всё пытается заглянуть в мою тетрадь, – Куприн? Я писал по «Олесе», хотя не люблю Куприна. Вообще, я русскую классику не очень, если честно… А почему ты выбрал «Гранатовый браслет»?

– Я? Да я вообще не смотрел, что за тема.

– И рассказ не читал?

– Нет, конечно. Макс, отвали, мне ещё переписывать и переписывать.

– И не знаешь, про что он?

– Да что ты пристал?! Про браслет! И, – я пробежался глазами по сочинению. Одно слово встречалось чаще других, – про любовь. Наверное. Вон, у Игоря спроси, он сочинение писал.

Игорь с Максом опять завели разговор на тему книжек. А я сидел, смотрел на аккуратный почерк Игоря и никак не мог сосредоточиться. Меня вдруг всё начало отвлекать. И лампа дневного света на потолке. И картина на стене – она всегда тут висела, в этой комнате, где старшеклассники уроки делают, – дурацкая картина с каким-то берёзовым лесом.

И книжные полки с порванными, помятыми учебниками. Особенно жутко меня отвлекал Макс, сидящий за спиной. Я прямо затылком его чувствую, как он там сидит на стуле, задом наперёд, и раскачивается. Так и хочется развернуться и рявкнуть, чтоб он перестал. Так, сосредоточимся."

"– Опять снег пошёл, – слышу за спиной, как Макс встаёт, подходит к окну. Посмотреть бы, как он стоит там, смотрит в окно. Так, я переписываю или нет? Пушкин? А Пушкин тут при чём, это же, вроде, Куприн написал? А, вон чего… Игорь его тут цитирует.

Так, лучше даже не пытаться вдуматься в то, что переписываю.

А Макс отвлекает.

– Кто куда, а я спать, – я сгрёб тетрадки в одну кучу. – Игорь, проверишь, занесёшь их мне в комнату.

Ну, нормально всё, вроде. И чего я так стремался? Всё, вроде, как обычно, как надо. Всё правильно. Только вот какое-то странное чувство… Как будто ты что-то забыл. Или что-то должен сделать и не знаешь, что, а все от тебя этого ждут.

Дебилом себя чувствуешь. Но я ничего не забыл. Бред какой-то.

На потолке – жёлтый квадрат света от фонаря. Я смотрел на него и думал, как моя жизнь пойдёт после интерната. Сложно, наверное, будет. Тут всё знакомое, одни и те же люди, расписание, режим. А там… Ничего, привыкну. Я такая сволочь, что ко всему привыкаю. Вот и к Максу привык. А он уедет скоро… Ну, не он первый. Андрей уехал. Лёха Звягинцев и Вася Фомин после девятого.