Финли смог ответить лишь слабой улыбкой одним уголком губ, так как другая сторона его лица была искалечена ударом о скалы.
– Я не знаю, что она нашла во мне. – Юэн тоже не мог этого понять. – Думаю, единственный безответственный поступок, который она совершила в своей жизни, – это любовь к такому варвару, как я. – Он закашлялся, и голос его совсем ослабел, когда легкие наполнились кровью. – Она гордилась бы тобой. Ты мог бы стать таким же жестоким и неразумным, как я, но ты больше похож на нее. Она так переживала, решившись ослушаться своего отца.
Юэн очень мало знал о своей матери. Отец редко упоминал о ней. Теперь, когда время неумолимо уходило, ему внезапно захотелось узнать о ней больше.
Однако было слишком поздно. Его отец умирал. Внезапно в глазах его появился дикий блеск, и последним усилием он сжал руку Юэна.
– Обещай мне, что закончишь начатое мной дело ради нее, сынок. – Юэн напрягся. Он хотел притвориться, что не понимает, о чем идет речь, однако не мог скрыть правду перед лицом смерти.
Юэну следовало отказаться. Каждый раз, когда он возвращался домой и видел кучу камней недостроенного замка, ему хотелось сгореть от стыда. Все это было напоминанием о неправильном поведении отца. Юэн не хотел уподобляться ему.
Однако он невольно кивнул в знак согласия. В отличие от отца верность своему слову и чувство долга были для него не пустым звуком.
Спустя мгновение Финли Ламонт испустил дух.
Со смертью отца время службы Юэна у сэра Джеймса подошло к концу.
Сэр Джеймс сказал, что надо быть терпеливым, совершенствовать свое воинское мастерство и готовиться к новым битвам. Когда придет время, он позовет его."
"Спустя восемь лет, когда Роберт Брюс выдвинул свои притязания на трон и собрал элитных воинов для своей секретной армии, Юэн стал лучшим следопытом в Шотландии и был готов ответить на призыв.
Глава 1
Монастырь Колдингхем близ Берик-апон-Твид, Английский пограничный район, середина апреля 1310 года
Юэн не умел держать язык за зубами, что часто создавало ему проблемы.
– Вы послали туда женщину? Какого черта вы это сделали?
Уильям Ламбертон, епископ монастыря Святого Андрея, был зол, и лицо его покраснело от гнева. Юэн знал, что слова его не являлись богохульством, однако предполагали далеко не утонченную критику.