— Даже не пытайтесь! Мне нравится, когда вы так смотрите на меня, но каждый день видеть у себя за столом плаксивую девицу, которая вот-вот готова свалиться в обморок… Увольте!
— Люси просто боялась замужества!
— Моя дорогая, прежде всего она боялась меня, зная, что я — дракон. И потом, я не хочу, чтобы моя жена, позабыв о себе, вновь ушла в тень, сопровождая везде хорошенькую дурочку!
— Вы собирались жениться на этой дурочке!
— Потому что на этом настаивал ваш отец. Я неоднократно говорил, что предпочту старшую.
— Но… почему? — выдохнула она, широко распахнув свои глаза.
— Потому что, в отличие от сестры, вы показались мне достаточно разумной, чтобы иметь возможность договориться с вами. Так что, моя дорогая, предлагаю вам следующее: я готов оплатить вашей сестре пансион, где ее наконец научат приличным манерам. Он находится недалеко от Лютеции, и вы сможете навещать ее и даже забирать на каникулы, которые, я надеюсь, будут непродолжительными…
— Корнелия ни за что не согласится.
— Согласится. Я знаю, как на нее повлиять.
— И что вы хотите получить взамен?
— Прошу прощения? — Он слегка нахмурился.
— Вы говорили про возможность договориться…
— Ах это… Считайте это моим свадебным подарком вам, моя дорогая! — Он собрал бумаги и встал. — Как бы мне ни было приятно ваше общество, меня ждут дела. Надеюсь, письма не испортили ваш аппетит. Да, и если хотите воспользоваться преимуществами вашего брака, то моя личная библиотека с новомодными зарубежными романами находится на первом этаже, сразу за малой столовой.
"Герцог вышел в смежную комнату, по всей видимости, являющуюся гардеробной. Прежде чем дверь за ним закрылась, Эмбер услышала голос Роса, спрашивающего, что его светлость захочет сегодня надеть. Она спокойно допила утренний чай и прошла к себе в спальню.
Часом позже, приведя себя в порядок и надев одно из новых платьев, девушка стояла в холле, стараясь запомнить имена слуг, представляемых ей экономкой.
В парадных залах второго этажа слуги натирали полы, полировали мебель, начищали столовое серебро. В бальном зале, поразившем Эмбер количеством окон и зеркал, установленных друг напротив друга и буквально раздвигавших пространство, на белом полотне лежала огромная люстра, хрустальные подвески которой бережно полировали служанки.