Страшный взгляд шамана переместился на меня.
— Здрасте, — еще раз поздоровалась я. — Я влюбленная!
— Проходите, — подвинулся он, пропуская нас внутрь узкого холла, а сам направился в соседнее помещение, унеся единственный источник света.
— Обалдеть, — сдавленным голосом пробормотала я, скидывая туфли. — Ты видела, с ходу угадал!
— Я же говорила, что он сильный, — зашептала подруга.
Смущенные и испуганные, на цыпочках мы прошли в зал, превращенный из гостиной в ритуальный. Фей обходил комнату, зажигая оплавленные черные свечи.
"Считалось, что шаманы практиковали черное колдовство. Человеческие маги использовали внутренние резервы, годами учились в своих академиях, потом в приемных вешали дипломы на дорогой бумаге и считали, будто имеют право ломить цены.
— Присаживайтесь, девы, — указали нам на пол, застеленный домотканым половиком.
Мы уселись, подогнув под себя ноги. Я пристроила на коленях сумку, а человек-бабочка, что-то беспрерывно шепча, налил из глиняного сосуда рюмочку коричневого напитка и опрокинул в себя.
— Колдовское питье, чтобы войти в транс и говорить с духами на одном языке, — пояснил он.
— А-а-а, — по-умному протянули две хмельные клиентки.
Я постаралась не сосредотачиваться на подленькой мыслишке, что после колдовского питья в воздухе, несмотря на навязчивый аромат свечей, явственно потянуло отцовским виски «Великий кардинал Марсини» (чтобы вы понимали, такого политического деятеля никогда не существовало, но посетителей трактира сей факт мало беспокоил). Вероятно, духи были готовы общаться только во хмелю, то есть мы находились на одной волне с шаманскими высшими силами.
Человек-бабочка устроился на полосатых подушках. На поверхности расправленных бархатистых крыльев виднелись размытые капли, как у бабочек.
— Что именно ты хочешь знать, влюбленная дева? — спросил он замечательным голосом.
— Меня приворожили?
— Духи леса утверждают, что ты действительно осквернена приворотом, — важно кивнул шаман.