– Девушки здоровы. Ни проклятий, ни меток Смерти, ни каких-то иных неприятных вещей в аурах… эй, почему вы на меня так смотрите?"
"– Этого не может быть, – раздельно, каким-то механическим голосом повторил Раалу и шокированно посмотрел на брата. – Ты же сейчас в полной силе?
– Полнее не бывает, – растерянно отозвался повелитель, прислушавшись к себе и убедившись, что энергия Смерти из него никуда не делась.
– Тогда почему они все еще живы?!
Мы дружно уставились на оторопевших от такого внимания девиц.
– Я объясню. Если вы, конечно, не против.
Глава 20
Это был совсем не тот моран, которого я помнила. Его длинные седые волосы больше не напоминали неопрятную паклю. С немолодого лица исчезли глубокие морщины. В темных глазах снова появился живой блеск, а на тонких губах играла самая настоящая, почти человеческая улыбка.
– Отец?! – растерянно выдохнул Таалу, машинально закрывая меня собой и создавая на ладони сгусток весьма неприятного вида, испускающий отчетливые эманации угрозы.
– Убирайся! – мгновенно ощетинился Раалу, без раздумий закрыв собой мою мать. – Ты мертв! Ты не должен здесь находиться!
Повелитель Маару, сквозь которого на мгновение проступила противоположная стена, молитвенно сложил руки на груди.
– Я действительно здесь не во плоти, дети мои. Но позвольте мне все объяснить. Быть может, тогда, сын мой, ты перестанешь меня ненавидеть. А ты, дочь моя, поймешь, почему старый оракул так старался тебя запутать.
Раалу скрипнул зубами, собираясь рыкнуть что-то еще, но тут на его плечо легла твердая ладошка госпожи Тейлары.
– Я бы его послушала, если не возражаешь.
– Я тоже, – поддержала я, и Таалу неохотно опустил руку, а плясавший на ней сгусток бесследно исчез.
– Говори. Но не думай, что это что-то изменит.
– Быть может, сначала отпустим отсюда леди? – смиренно предложил Маару.
Его сыновья неодобрительно покосились на испуганно присевших девушек, которые взирали на призрака с потусторонним ужасом, и неохотно кивнули.
– Вы свободны.
Несостоявшиеся невесты встрепенулись и, забыв изобразить положенный по этикету реверанс, без колебаний кинулись прочь. Не взглянув больше ни на меня, ни на маму, ни на призрака.