Буквально через пару минут по кухне распространяется божественный аромат.
Никогда такого не было на этой девственно чистой кухне.
Завтракать на кухне, изредка поглядывая на красивый вид из окна, оказывается очень приятно. Впервые за много лет утро Лекса не занято постоянными мыслями о сметах и расчетах. Сегодня он думает о…девушке.
Об одной конкретной девушке с рыжими волосами и дерзкими, но честными глазами.
Откуда она такая взялась на его голову? Заполнила собой все мысли и пропитала запахом домашнего уюта, его безликое жилище.
Точно!"
"Не было на кухонной плитке вот этих крючков с цветными полотенцами. Три штуки ярко-оранжевого солнечного цвета. Они выбивались из общей строгости интерьера, и лишний раз напоминали о той, кто решился осквернить творение именитого дизайнера и поставить на журнальный столик какую-то банку с еловыми ветками.
Позавчера Громов вручил Рите ключи от квартиры, предварительно вывернув всю подноготную Синичкиной Маргариты Васильевны наизнанку.
Рябов аж запыхался бедный, пока закончил подробный доклад, из которого исходило, что олененок умница, красавица и порядочная гражданка нашего общества. Учится в институте, живет с дедушкой, работает на мойке у Гарика, помогает больной уборщице и еще каким-то образом успевает подрабатывать на контрольных и дипломах.
После такого неожиданно плотного завтрака Лекс быстро собрался и вышел на улицу. Остановился на тротуаре и его посетило какое-то странное чувство.
Внутри приятно разливалась сытость и тепло, утреннее солнце приятно щекотало лицо, а морозный воздух бодрил и наполнял силами, энергией и…неожиданно улыбкой.
Потом до Громова дошло, что этот необъяснимый подъем называется не иначе как хорошее настроение.
Сто лет такого не было!
В офис он опоздал.
Стремительно ворвался в приемную и громко поздоровался:
— Доброе утро, Катенька!
Катенька подпрыгнула на месте и вылупила на него свои и без того большие глазищи.
— Д-доброе утро, Александр Петрович.
— Как дела? Тебе очень идет новая прическа!
Мужчина ловко подхватил с края Катиного стола папку с документами на подпись и с улыбкой попросил:
— А завари-ка мне Катюш чая. Того вкусного, который ты хвалила. Тоже хочу попробовать. И печенек принеси.
— П-печенек? — заикаясь, переспросила шокированная до глубины души помощница.
— Ага, — кивнул он и скрылся в своем кабинете.