В глазах Ритки мелькает жалось и это неприятно бьет по самолюбию Громова сильнее чем он мог бы представить.
— Вы одиноки? — почти шепчет она, — Это неправильно.
— Почему?
— Потому что грустно! — уже громче с с жаром возражает, — Неужели в вас нет никого, с кем бы вы хотели разделить праздник? Новой год — время чудес. А чудеса нельзя тратить впустую!
Лекс смотрит на нее во все глаза и думает:
«Откуда ты только взялась такая…»
Его неопределенное молчание повисает тяжелой завесой отрицания.
Он дано не верит в чудеса, Новый год и прочую лабуду, что заставляет восторженно греть глаза рыжей девочки напротив.
— Мне…наверное пора…
Ритка подскакивает со своего места, махом сметает в раковину пустые чашки из-под кофе, и тут с тихим щелчком отрубается свет.
— Что?! Что случилось? — испуганно пищит рыжуля.
Неяркий свет из окна, немного обрисовывает контуры мебели на кухне и Лекс, неловко шаря рукой, ищет на барной стойке стой яблочный смартфон.
— Ничего страшного. Пробки выбило.
— Хорошо.
Они вместе идут по коридору к темной каморке кладовки, где стоит распределительный щиток. Лекс вручает девушке телефон и, когда та послушно направляет свет в нужную сторону, подцепив табуретку забирается на верх.
Громов щелкает автоматом — никакой реакции.
— Что-то на линии произошло, — негромко заключает он.
— Фонари ведь горят?
— Они то другой подстанции.
Громов ловко спрыгивает, забирает у Риты телефон.
— Собирайся. Посвечу тебе.
Девушка кивает, разворачивается и неловко спотыкается о невесть откуда взявшуюся коробку. Лекс подхватывает ее за талию и прижимает к себе, а телефон выскальзывает из рук и летит в неизвестном направлении, чтобы скрыться в одной из коробок.
Тесное пространство кладовой погружается в практически полную темноту.
— Осторожно…
Слова уже срываются вместе с дыханием в приятно пахнущую макушку девушки, руки повинуясь инстинкту, сильнее сжимают тонкую талию, теснее прижимая застывшую, но не сопротивляющуюся Риту.
Темнота скрывает лица.
Темнота срывает маски.
Здесь в слепом пространстве они просто мужчина и женщина, которых остро и ярко влечет друг к другу.
Лекс глубо вдыхает ее нежный аромат и мягко скользит рукой по подбородку, не заставляя, а всего лишь направляя. И она продолжает это мягкое движение, чуть разворачиваясь в темном кольце его рук.
Губы легко, скользят по нежной щеке, на которую упал мягкий локон.