Завеса дрожала как парус во время смертоносного шторма, перед глазами плясали цветные пятна, а по вискам градом стекал пот. Но даже в таком состоянии я успела заметить кое-что странное...
Энергетические потоки были слишком стабильными! Словно кто-то вначале «выпивал» из плетения дикую магию, а затем возвращал её обратно, меняя на обычную, управляемую.
– Ирсаль вэр сарта! – по лазарету разлетелся гулкий голос ректора и в центре комнаты вспыхнуло магическое зеркало. На миг в нём промелькнуло отражение одной из близняшек, она одними губами произнесла «да» и на всякий случай кивнула.
Всё заняло насколько секунд, не больше... но, Бездна, сколько сил отняла подготовка!
– Ур саар вах сэлор! – наставница развеял аркан и, подхватив обессилившую Иримэ под руку, повела к кровати. Девушке пришлось выступить проводником между нами и принцессой, и сейчас она едва стояла на ногах.
Я хотела спросить о странностях с магическими потоками, но...
– Все в коридор, бегом! – рявкнула наставница, бегло просканировав вторую адептку.
Триединая... кажется мы не только нашли четвёртую Мечтательницу, но и только что инициировали её...
ГЛАВА 58: Танцуя со штормом
Через три часа, засада (Лесли)
Тинтарский туман стелился по земле белоснежным маревом, заползая даже в Изнанку и заставляя плотнее кутаться в тёплые, подбитые мехом плащи.
У нас во всю гремело лето, а у Тёмных внезапно выпал снег.
Об этом нюансе накануне вылазки сообщила разведка. Метель началась в полночь, поэтому на место засады мы прибыли в зимней одежде и тёплых плащах, а ещё захватили термосы с согревающими эликсирами.
Это помогло не замёрзнуть во время ожидания. Но несмотря на все неудобства, снегопад был хорошим знаком.
Император терял Силу, а вместе с ней и способность контролировать магический купол над империей. Последний защищал тёмных от налётов драконьих гвардейцев и поддерживал максимально комфортный для шаманов климат – сухой палящий зной, превращающий землю в безжизненную пустыню. Символично... и так похоже на саму суть айшагирской магии.
Но сейчас с купола крупными хлопьями падал белоснежный, искрящийся снег.