Я еще запишу небольшой фрагмент, где ты поешь.
– А тебе нравится, как я пою? – спросил он вкрадчивым тоном.
– Попробуй спеть так, чтобы понравилось, – с этими словами я вышла и оказалась с другой стороны стеклянной панели.
Гедеон проводил меня самодовольной улыбкой, а затем подал знак ребятам за микшерным пультом, надел огромные наушники и стал сосредоточенно смотреть на микрофон. Через пару минут подошел Михаил, чтобы лично проконтролировать процесс записи. Он сел перед пультом, настраивая многочисленные переключатели.
Да, мне нравилось, как он пел. Он искренне наслаждался тем, что делает, вкладывал в голос всего себя. Такое просто не могло не понравиться. Его тело двигалось в такт музыке, словно было частью песни. Я сняла несколько видео для фанатов, они точно останутся довольны.
В светлеющем небе таяли звезды, скоро рассвет.Я нахожусь в цепях заблуждений — тебя рядом нет.Тлетворный дух растревожил мне сердце, так я терял себя.
"– Лучше я не спою, сейчас было хорошо, – возмутился Гедеон, сняв наушники.
– Гедеон, альбом будет просто убойный. Давай еще раз, с бо́льшим чувством.
Гедеон
Михаил замучил меня. Чего ему не хватало? Я сосредоточился на вокале, сфокусировался на каждом звуке, сделал все возможное. Петь в студии было несложно, потому что в наушниках все инструменты звучали идеально.
– Нужен еще больший накал в голосе, Гедеон! – говорил мне Михаил. – Давай, дружок, я в тебя верю!
Я глянул сквозь стекло на Яну. Ден опять крутился возле нее. Это я должен быть рядом с ней! Михаил обернулся на них и что-то сказал, после чего все вышли из комнаты в холл.
– Так, теперь тебя ничего не отвлекает. Поехали!
С записью бэк-вокала Дена и Савелия мы управились довольно быстро. Теперь у нас уже было представление о том, что будет дальше.
Завтра и на протяжении следующих двух недель нам предстояло ежедневно делать то же самое, что мы делали сегодня. По песне в день. Кирпичик за кирпичиком.
Оказавшись на улице и ощутив дыхание вечерней прохлады, я наконец-то расслабился.