Любовь в Академии Магии

Огромный, метра под два ростом, длинные русые волосы ниже плеч, невероятно широких плеч, бородатый, в странной кожаной одежде и меховой безрукавке мужчина казался сошедшим с экрана героем какого-нибудь исторического кино про викингов.

Любовь Павловна мгновенно забыла про то, что она «взрослая рассудительная женщина» и в её глазах засквозил буквально детский восторг.

«Вот это настоящий мужчина, по сравнению с ним даже ректор доходяга. А этот, могучий, грозный, восхитительный, — женщина боялась моргнуть, вдруг это чудо испарится.

 — Наверное, мне привиделось, он просто не может быть настоящим. Интересно, а потрогать его можно? Просто чтобы убедится. А если это мой учитель? Видеть такого ежедневно? С ума сойти… Даже если он редкостная зануда или гад, не влюбиться не возможно. Может воспользоваться даром? Так заманчиво… Но это будет не по-настоящему. Хотя… На него же вроде не должно действовать, ректор говорил, что у декана иммунитет, — мысли скакали как сумасшедшие, а тараканы в Любиной голове уже падали ниц перед новым идолом и устраивали на тему «где добыть его фотку, чтобы целовать её на ночь» мозговой штурм».

— Я не буду с ней работать! — громом разорвал тишину голос мужчины. — Нет, нет и нет. Это мерзкий дар! От него надо избавиться! Она не сможет держать его под контролем, а у девиц в голове один ветер, она будет насаждать несуществующие чувства всем подряд, и только боги знают, чем это кончится! Избавься от неё Ассгейр!

Романтический образ, созданный в девичьих мечтах, не выдержал суровой реальности, и Люба даже не нашла, что ответить этому ужаснейшему из мужчин.

А потому просто выбежала обратно в коридор и хлопнула дверью, а через пару метров разрыдалась, не в силах сдержать слез и, не замечая, кто перед ней оказался.

— Ну, здравствуй, Леа, — радость в голосе Церберры привела Любовь Павловну в себя. — Теперь нам никто не помешает.

Глава 21. Ох уж эти мужчины

Ректор в ужасе слушал друга. Он не понимал, почему такой умный человек, как Люциус Прайм, пусть и строгий, но справедливый преподаватель, отважный воин и замечательный друг, на которого можно положиться, вдруг говорит такое студентке.

Девушка же не стала дожидаться, когда менталист перейдет от слов к делу и покинула кабинет, без разрешения Ассгейр громко хлопнув дверью.

— Ты что творишь, Люк?

— Я спасаю нас обоих! Ты все неправильно понял, Эспен.

— Так объяснись!"

"— Она действует ни на разум, сам знаешь у меня природный блок, который никто не может пробить.