Всё идет из семьи, дочь! Вдруг у них чувства было не принято проявлять, слова добрые говорить. Может быть, поэтому он такой зажатый, а тебе кажется, что чувств нет.
Я резко остановилась, нахмурилась.
— Мам, с чего такие далеко идущие выводы?
— Я женщина простая, но наблюдательная… Утром краем глаза подметила, как у этого Алексея физиономию перекосило, когда я тебя обнимала. Ясно же — не в чести у них были объятия в семье. Может, мама строгая, может, еще что.
— Нет у него мамы, — зачем-то уточнила я.
— Так тем более! Если с отцом рос, какая тут ласка, он и слова такого поди-ка не знает.
— Глупости говоришь, мам, — фыркнула я. — Это у тебя о нем только первое впечатление такое положительное, потому что меня в гости привез. А так это просто холодная личность с привлекательным лицом! Я знаю, о чем говорю…
Мама улыбнулась, всплеснула руками:
— Ты считаешь его привлекательным?
«Э-э-э… Похоже, из всей моей речи она выхватила только это слово».
— Господи, мама, ну у меня же есть глаза! Конечно, он привлекательный, даже красивый. Всё при нем: и лицо, и фигура, да только толку… С таким человеком отношений не построишь. Лично я в нем ничего хорошего не вижу.
— Он тебе нравится, — улыбнулась мама.
— Нисколечко…
Глава 45. Сопливых вовремя целуют
Алексей
Уж не знаю, каким выдался день у Валерии, а мой меня изрядно утомил.
Из головы всё никак не шел косой взгляд Валерии. И правда, нужно было согласиться, уж пятнадцать минут в компании двух женщин выдержал бы. Да и выпечку попробовать хотелось…
Признаться честно, воображаемый пирог с вишней теперь не шел из головы, манил и дразнил, щекотал ноздри ароматом.
Решено: приеду забирать Валерию, Светлана Игоревна снова предложит зайти на пирог, и я соглашусь.
За хранительницей ехал в приподнятом настроении: рабочие вопросы уладил, хранительницу порадовал, выпечку скоро попробую…
Но когда подъехал, женщины уже ждали меня на улице, сидя на лавочке за калиткой.