«Quae medicamenta non sanant, ferrum sanat, quae ferrum non sanat, ignis sanat»[4].
Вскоре наши тела объял кокон из света, и жар Валерии постепенно переходил ко мне. А уж мне избавиться от него не составило никакого труда. «Жаль, нельзя таким образом избавить ее от череды неудач…»
Через несколько минут всё закончилось, и только я собрался отодвинуться и встать, как она открыла глаза. Я напрягся и застыл. «Ну всё, точно заистерит…»
— А ты хорошо поёшь, — еле слышно сказала Валерия вместо истерики и снова закрыла глаза.
Глава 19. Своя правда
Алексей
Жар-то я забрал, болезнь отступила… но на ее место пришла слабость. Несмотря на то, что Валерия проснулась с нормальной температурой, наутро ее шатало так, будто вчера пробежала пятнадцать километров. Еле передвигала ноги, а лицо такое бледное, что жалко смотреть.
— Сегодня отдыхаем, — объявил я, когда она появилась в гостиной.
— Но нам же надо ехать… — попыталась возразить хранительница.
Зачем возражала, я так и не понял.
— Отставить рассуждения, — проговорил я командирским тоном. Он у меня особый, отточенный до совершенства.
Ожидал от Валерии резких возмущений — уж мне ли не знать, как она реагировала на мой командирский тон, как он ее бодрил, а заодно и злил. Но даже это ухищрение не сработало. Валерия расправила на фигуре белый, прямо как ее лицо, сарафан, и кивнула.
— Пойдем завтракать, — предложил я.
Взял ее под руку и отвел в ресторан при гостинице.
Долго потчевал чаем, блинчиками с малиновым джемом, заставил слопать целое блюдце меда.
Сам-то я сладкое не люблю, обошелся яичницей с беконом… хоть что-то в этом мире делают хорошо. Однако мне доставило удовольствие наблюдать, как Валерия лакомилась полезными сладостями.
— Что мы будем сегодня делать? — спросила она, прихлебывая крепкий черный чай.
— Не мы, а ты… — ответил строго. — Тебе предстоит за сегодня набраться сил. Сходи, прогуляйся, места здесь живописные. — И тут же поправился, вспомнив, с кем веду беседу: — Только ходи недалеко, под ноги смотри, не влипай ни в какие истории… и еще вот…
С этими словами я положил на стол аккуратные часы с браслетом из золотых кругляшей и овальным циферблатом, украшенным драгоценными камнями.