— Но не далее как сегодня, ты обвинила меня в…
— Я прошу прощения, — просто сказала она, с радостью обнаружив, что счастлива в обществе этого человека. Ей хотелось шутить, смеяться, видеть, как смеется он, и читать восхищение в его глазах. — Определенно ты Санта Клаус. И вместе с тобой у меня будет вечное Рождество.
— Дорогая, ты непредсказуема, — с улыбкой продолжил он. — Сначала ты шипишь как кошка, а в следующую минуту делаешь мне комплименты, которых мне еще никто не говорил. Но, пожалуйста, не меняйся. Ты мне нравишься такой, какая ты есть.
"Элиз покраснела. С замиранием сердца она ждала, что он скажет: «Я люблю тебя!». Этого не произошло. Но все равно, атмосфера, которая их окружала: мерцание лампы, вкуснейшая еда, тихая музыка, звучавшая где-то далеко, разрядила напряжение, возникающее между ними. Все прошлые стычки были забыты. Они разговаривали как добрые старые друзья, которым всегда есть о чем поговорить.
Когда настало время десерта, девушка запротестовала. Ей казалось, что она уже весит не меньше тонны. Но как только она увидела ежевичный пирог, украшенный мармеладом и орехами, она не могла удержаться.
— Превосходно, — только и смогла сказать она, попробовав один кусочек. — Держу пари, что Моррисоны не испытывают недостатка в клиентах.
— Да, ты права, как всегда.
— Ты дал им ценный совет. Похоже, это твое хобби — давать нужные советы, которые всегда приносят удачу.
— То есть?
— Ну, не чувствуешь ли ты себя неким божеством, которое помогает людям подниматься вверх по лестнице успеха и благосостояния? — в шутку спросила Элиз. Она просто дурачилась, поэтому была несказанно удивлена, увидев реакцию Талберта на ее слова: брови сошлись к переносице, глаза потемнели, он нервно забарабанил пальцами по столу. — Эй, я пошутила. Не надо воспринимать все всерьез.
— Нет, ничего. Извини. Но… Не всегда уверенный в своей правоте, я иногда принимаю на себя ответственность за чью-нибудь судьбу. А это непросто.
— У тебя какие-то неприятности? — сочувственно спросила она. — Можешь рассказать?
Он посмотрел на нее, раздумывая, затем начал исповедоваться.
— Понимаешь, в моей компании есть… был один человек, который не очень честно поступил со своим клиентом.