"
"Она подняла глаза и увидела, что Чейз со странным выражением на лице отрешенно смотрит куда-то в сторону, и ей не впервые захотелось узнать, что за отношения связывают мужа с его личной секретаршей.
— Ты очень благородна, Глория. Знаешь, я сегодня кое-что выяснил: когда звонил прошлой ночью, то не спросил про ребенка, будучи абсолютно уверенным, в том, что с тобой и с ним все в порядке, а молодая сестра, с которой я говорил, оказывается, была уверена, что я уже знаю об этом.
«Об этом»… Он назвал потерю ребенка «это».
— Ничего страшного, пока твой бизнес развивается успешно, ничто еще не потеряно, — с иронией заметила она. Ее слова не произвели на Чейза ни малейшего впечатления. Он лишь взглянул на нее, наклонился и слегка поцеловал в губы.
— Любимая моя, я очень хочу, чтобы ты скорей поправилась и побыстрее вернулась домой. Мне очень одиноко без тебя. — Чейз внимательно посмотрел на бледное лицо жены. — Все будет хорошо, малыш, обещаю тебе.
— Завтра я буду дома, — сообщила Глория, выдавив из себя жалкое подобие улыбки.
— Замечательно. Если хочешь, то вернись в Лондон, а может, возобновишь занятия в колледже?
Глория удивленно взглянула на мужа. Когда они поженились, то жили в Лондоне, и Чейз предложил ей бросить учебу, говоря, что Глории не нужен диплом лингвиста, взамен он даст ей диплом возлюбленной. Он часто и неожиданно появлялся дома в середине дня, и они целые часы проводили в постели или ехали в Йоркшир — посмотреть, как идет реконструкция их дома.
Но так ли это, внезапно спросила она себя, или обида на Чейза появилась задолго до потери ребенка? Глория вспомнила, что спустя несколько недель после подтверждения ее беременности муж неожиданно начал проводить в Лондоне больше времени, чем обычно, мотивируя это «давлением бизнеса». Он возвращался в Йоркшир только на уикэнд, настаивая, чтобы она оставалась здесь постоянно: ей это полезно как будущей маме, сказал он.