— А, если они тебе что-нибудь сделают?
— Мне они точно ничего не сделают, они если их не сдать нужным органам, то они могут и дальше заниматься той грязью, что хотели сотворить и с тобой. За одно только это, я готов их стереть в порошок голыми руками.
В груди разрослось приятное тепло и очень хотелось улыбаться, как дурочка. Но увидев, что мужчина ни чуточку не шутит, собрала всю имеющуюся у меня серьёзность и лаконично ответила:
— Хорошо. Поехали.
— Умница, — сказал он и взял меня за руку, ведя за собой, словно маленькую девчонку, которую нужно держать крепче, чтобы я вновь не нашла приключений на свою… голову.
— У тебя кровь, — указала на его руки, когда он сжал руль.
— Бывает, — отмахнулся он и завел двигатель своего пикапа. — Потом обработаю.
— Нет, сейчас, — запротестовала я и притянула его руку себе на колени. — Аптечку давай."
"— Для этого мне придется убрать руку с твоих коленей, а что-то этого совсем не хочу, — в омуте голубых глаз блеснул опасный огонёк.
— Аптечку, — настояла на своем, стараясь сохранять на лице маску непоколебимости.
— Настырная какая, — тяжело вздохнув, он потянулся к бардачку и открыв его, достал небольшой черный пластиковый кейс с красным крестом на крышке. — Держи.
— Свет включи, пожалуйста.
Мужчина молча повиновался и салон осветил мягкий свет.
Вернула его руку на свои колени, которые он тут же посчитал нужным поглаживать через ткань джинс. Шустрый он, всё же.
Смочив ватку перекисью водорода, собрала кровь вокруг ран, затем промыла и сами маленькие ранки.
За всё это время мы не проронили ни слова.
Неустанно ощущала на себе его пристальный взгляд. Иногда робко смотрела в ответ, но смущенно отводила глаза, стоило его губам растянуться в плутовской улыбке.
Было неловко, но одновременно с этим я испытывала легкий трепет. Словно этот сильный, обладающий мощной магнетической аурой, без малейшего сомнения — сексуальный мужчина, вот-вот переступит ту грань запретного, что становилась тоньше с каждым новым прикосновением рука к руке.
Судя по его темпераменту, именно так он и целуется и никак иначе.
— Готово. Пациент скорее жив, чем мертв, — заключила я и для большей целительной силы своих действий, поднесла к губам его руку и подула на раны.
— Матвей, — произнес он низким голосом, посылая по моему телу табун волнительных мурашек.