Хищная усмешка и полный расклад:
— На границе Гаоры наши войска, под предводительством Дарри… Сейчас нам не выгодно нападать на княжество, все же Арнар не тот противник, с которым стоит связываться, но… Дариан сходит с ума без тебя, а посему на риск пойдет, — затем королева нанесла удар по больному, — И я уже молчу о том, что сладкая Елизавета станет его постельной грелкой, и с ней он не будет столь ласков как с тобой…
Катарина взглянула Ее Величество, грустно улыбнулась и тихо произнесла:
— Но… если в моих руках будет сама королева, Дариан не посмеет, ведь так?
В глазах Алиссин промелькнуло искреннее восхищение, когда Кати, усмехнувшись, громко возопила:
— Ранаверн!!! Сюда! Скорее!
Она слышала лай собак, которым уверенный голос князя отдал приказ защищать хозяйку, слышала и громкий топот стражников и, не отрываясь, смотрела на королеву, готовая вцепиться в нее, едва Алиссин предпримет попытку сбежать.
— Надоело быть жертвой, а, Кати? — Катарину откровенно пугало то восхищение, с которым на нее смотрела эта львица.
Катарина не успела ответить, рядом с ней оказались два огромных пса, вставшие между женщинами, а затем их окружил строй закованных в легкие доспехи охранников, и на поляне уверенно шагая, появился снежный барс и… резко остановился, увидев королеву.
— Алиссин!!! — в этом разъяренном крике почему-то было больше страха, чем гнева.
Князь Арнар начал отходить назад и почему-то оглядываться по сторонам. Он отошел шагов на семь, прежде чем почти прорычал:
— Катарина, очень осторожно иди сюда… Живо!
Безоружная львица громко расхохоталась, увидев его реакцию, и подмигнув удивленной Кати, весело произнесла:
— Посмотри на своего благоверного, Кати.
Недоумевающий взгляд на бледного как полотно князя, затем на многочисленных охранников и Катарина не выдержала:
— Ранаверн, она одна и безоружна! Она станет идеальной заложницей, потому что там войска и Дариан…
— Катарина, — оборвал ее словоизлияния князь, — заткнись и медленно иди сюда! Медленно, слышишь, и ступай очень осторожно!
Снова тихий смех и полное самодовольства:
— Поздно, мой дорогой князь Арнар… — Алиссин победно улыбалась.
— Чем же это? — холодея от ужаса, спросил князь. Нежно глядя на Катарину, королева ответила:
— Не ожидала, что моя сладкая Кати отважится на такое… Мое восхищение твоему коварству, дорогая.