— Катарина, — грозно, без намека на учтивость, начала леди Вьетени, — вы должны немедленно покинуть пределы империи Ратасса!
Усмехнувшись, девушка прошла к софе, присела на край, и лишь тогда с усмешкой поинтересовалась:
— По какому праву, вы смеете мне приказывать?
Леди хмуро перевела взгляд с девушки, на улегшегося у ног Кати волка, и ее ярость мгновенно сменилась осторожностью:
— Кати, вы осознаете, какому риску подвергаете себя, находясь здесь? Ваш супруг в нескольких днях пути от столицы.
— Леди Вьетени, я осведомлена о прибытии супруга, и с… нетерпением ожидаю его появления.
— Катарина! — вновь перешла на крик миловидная леди не более чем тридцати лет от роду, — Вы немедленно отправляетесь со мной на пристань и…
— Нет! — прервала ее Кати.
— Кати, вы…
— Я так полагаю, леди Мертеи была не единственной наблюдающей Ее Величества? — невинно поинтересовалась девушка.
Усмехнувшись, леди Вьетени бесстрашно подошла, стараясь не смотреть на зевающего Анраша, и села рядом с Катариной.
— Я расскажу вам одну историю, Катарина, — глядя в никуда начала женщина, — про одну глупую девушку, которая… полюбила вопреки родительской воле. И она сбежала с возлюбленным, а досталась его приятелям, в уплату карточного долга! Их было так много в ту страшную ночь, а на утро меня просто вышвырнули прочь. На мое счастье я пришла искать утешения в монастырь, где молилась святым юная принцесса, тогда еще не достигшая и двенадцати лет.
— Она вас утешила? — язвительно поинтересовалась Катарина.
— Нет, Ее Высочество услышала историю моего бесчестья, поведанную настоятельнице, и едва мы остались одни, дала обещание исправить мое плачевное положение. Я улыбнулась наивности этого царственного дитя, но… В ту же ночь сгорел дотла игорный дом, похоронив и мой позор и тех, кто упивался безнаказанностью. Мою репутацию спасло слово Алиссин, и небрежный рассказ о нашем совместном путешествии в монастырь, где якобы я молила Пресветлого о счастье и любви.
— Зачем вы мне это рассказываете? — хмуро спросила Кати.
— Чтобы вы осознали, что выполнить просьбу Ее Величества — дело чести для меня.