Внезапно мужчина остановился, резко развернувшись, стянул с нее вонючую накидку и бросил кому-то кто стоял в стороне и Катарина скорее догадывалась, чем видела.
— Отвлеки королевскую суку, она идет по следу. Встретимся на старом месте.
— Да, господин, — произнес невидимый собеседник, затем Кати услышала звук удаляющихся шагов.
— Нашли записку? — осведомился мужчина, уверенно продолжая вести ее по темным переулкам.
— Да, — прошептала девушка.
— Гар был прав — вы сумели! Хотя признаться…
Легкий звон выпускаемой на свободу стали и два тела падают под ноги.
— Где городские стражники? — возмутился ее спаситель, небрежно стряхивая кровь со шпаги, — Разбойники совершенно распустились, а еще даже не полночь! Ну да ладно, — мужчина чуть сжал ее ладонь. — Как я уже говорил, я восхищен тем, что вам удалось.
— Как вы… догадались, что это я? — задыхаясь от усталости, спросила Кати.
— Мой человек следил за дворцом. Он сразу узнал вас, затем передал сообщение мне. Как видите — я успел вовремя.
— Да уж, — Катарина вздрогнула, вспомнив вопль королевы, — своевременное вмешательство. Благодарю вас… князь.
Мужчина остановился, и невольно Кати налетела на него, а князь обнял, чтобы удержать на ногах.
— Вы узнали меня? — Ранаверн пристально смотрел на нее, сейчас в свете свечи из окна напротив, у него была такая возможность.
— Вас сложно было не узнать… Точнее, — Кати внезапно ощутила вожделение и запнулась, стремительно краснея. Потом вспомнила слова королевы и поняла, что желание к этому притягательному мужчине, будет только расти. — Нам… нужно идти…
— Нет, не нужно, — разглядывая ее с мечтательной улыбкой на губах, ответил князь, — прислушайтесь — впереди стража, нам нужно переждать.
Сквозь плотную ткань платья, Катарина ощущала жар его ладоней, чувствовала дыхание на своем лице и все мысли отступали, подчиняясь только желанию… Она уже с трудом контролировала себя и надеялась, что Ранаверн воспримет ее тяжелое, срывающееся дыхание, за последствия быстрого бега.
— Нет, вы не понимаете, — она не узнавала свой хриплый от страсти голос, — нам нужно идти… Мне нельзя останавливаться… Нельзя…
— Знаю что нельзя, — столь же хрипло ответил князь, — проклинаю себя за это, но… я с трудом сдерживаю безумное желание целовать вас, Катарина.