— Па-па… — единственное, что срывается с губ.
Макс замечает мой телефон, пытается привести его в чувство. Выругавшись сквозь зубы, он опускается на колени, вытирает влагу с моего лица. Берет на руки, выводит из душного помещения.
Благо, в ту комнату мы не возвращаемся. Покидаем здание, и, оказавшись снаружи, Макс ставит меня на ноги."
"— Дианочка… — шепчет Вика. — Ну скажи, что случилось. Я тебя впервые в таком состоянии вижу. Что-то с дядей Володей случилось, да?
Я несколько раз глубоко вздыхаю. Киваю в знак согласия.
— Они… Попали в аварию. Папа умер, Вика…
— Черррт! — матерится Максим. — Тебе кто звонил, Диан? Рассказывай, мелочь, что случилось. Чтобы мы поехали, увидели их. Ты же хочешь к ним, верно? — парень заглядывает в мои глаза с сочувствием. Каждое слово говорит аккуратно, но с нажимом.
— Из больницы звонили, — выдаю, пялясь в одну точку под ногами. — Мама с сестрой в ужасном состоянии… А папа скончался на месте ДТП. У меня теперь никого нет…
— Подожди, Диан, — Вика снова вытирает влагу с моего лица.
Всю дорогу я плачу. Не могу поверить, что за один проклятый день вся моя жизнь может вот так перевернуться вверх дном. Мне хочется реветь в голос, кричать. Но все эмоции тяжестью застревают в области груди.
Лицо сестры перед глазами. Еще совсем маленькая, мой невинный ангел. Готовилась в первый класс, а сейчас… Лежит в больнице, и только Бог знает, сумеет ли выкарабкаться.
Каждая мысль дурнее предыдущей. Я просто сойду с ума, слечу с катушек, если вдруг потеряю всю семью за одну ночь и останусь одна. По дороге в больницу я не могу вымолвить ни слова. Смотрю на теряющиеся картинки за окном, сглатывая ком по несколько раз в минуту. Боже мой, зачем ты с нами так?
В больнице все решает Максим. Я же, как призрак, брожу рядом с ним, через вату в голове пытаюсь понять, что произошло с мамой и сестрой.
— Диан, твоя мама в реанимации, — сообщает мне парень, усаживая на стул рядом с какой-то палатой.
Я слегка улыбаюсь от мысли, что увижу своего ангела. Внутри меня рождается надежда, что хотя бы они меня не оставят одну в этом несправедливом мире. Но как только до меня доходит, почему к матери не пускают, я начинаю трястись и паникую с новой силой.
— Поднимись, дорогая, — помогает мне Вика.