А другие у нас не получаются.
Думала ли когда-то Саша, что услышит столько правды о нем от него же? Никогда. Личное. Как когда-то у рояля, он снова давал дотронуться до того, что было глубоко личное.
— Но ты ведь скоро снова вернешься в Киев, и все вернется на круги своя. До следующих застроек.
— Думаешь, вернется? Нет. Я не могу больше мучить ее.
— А меня? — все так же разглаживающая несуществующие складки на покрывале, Саша вдруг подняла взгляд на собеседника.
— Это еще один вопрос? Сейчас моя очередь, вообще-то… — он пытался отшутиться.
— Просто ответь, — Саша накрыла его ладонь своей, умоляя хоть сейчас не увиливать. Может завтра или послезавтра, она уже будет свободна. Завтра или послезавтра он будет ненавидеть ее, перебирая в голове сотни нелицеприятных эпитетов, за то, что она так долго обманывала, изворачивалась и притворялась. Но ведь он не узнает, что врала не всегда. И что поражалась своей глупости, делая выбор между реальной свободой и какими-то своими странными, извращенными представлениями о чувствах к нему.
— Я ведь уже говорил, что многое изменилось. Что речь уже идет не просто о твоем отце и нашем тендере. Все намного сложнее. Если бы раньше я бы мог отпустить тебя. Сейчас — я этого не сделаю, Саша. Даже есть тендер будет сдан.
— Ты собираешься получить от папы все, на что хватит его отцовских чувств?
— Я собираюсь вернуть ему дочь, а не ее останки, — взгляд мужчины снова стал жестким. Кажется, минуты вхождения во внутренние круги его мира позади.
Конечно, всего он Саше не рассказал.
— Моя очередь. Вы ведь встречались со Светличным?
Чуть посомневавшись, Саша кивнула. Официально — нет, но ведь, как оказалось в этом доме, все условности, а проведенное вместе с Геной время легко можно назвать встречаниями в том смысле, который имеет в виду Самарский.
— Почему тогда вы не… — Яр попытался изобразить мимикой подразумеваемый процесс.
— О боже! — сначала, Саша смотрела на кривляющегося Самарского, не до конца понимая, что происходит с его лицом, а когда поняла, почувствовала, как загораются уши. — Самарский, неужели тебе больше не о чем спросить? Ты вечно лезешь туда, куда тебя я приглашу в последнюю очередь!
— Сегодня, малышка, выбора у тебя нет. Я спрашиваю — ты отвечаешь. Все просто.