"
"И как ни конфузливо нам, дорогой читатель, сокровенное Екатерины Великой признание на свет божий вытаскивать, скажем, что муж ее Петр III очень увлекался «миниатюрными процессами», которые совершал с соблюдением всех процессуальных норм юриспруденции над… крысами. Нота бене, у него в это время есть не только жена, но двое детей растут: сын Павел и дочь Анна. Дадим, однако, слово самой Екатерине Великой: «Посередине кабинета висела огромная крыса. Я спросила, что бы это значило, и в ответ услышала, что крыса совершила преступление и, согласно военному трибуналу, осуждена на смертную казнь.
Ибо крыса, как шпионка, пробралась в укрепленные бастионы картонной крепости и съела там двух солдат из крахмала. И вот военный полевой суд во главе с Петром III поймал крысу и с соблюдением церемониала предал казни. И висеть этой крысе еще три дня в назидание другим».
Однако извиняемся, дорогой читатель, мы здорово увлеклись судами и чужими пытками, а тут нашего Глебова на истязания ведут.
Вернемся же к нему, для которого так печально и трагически кончился любовный роман с экс-царицей Евдокией Лопухиной.
Но нас другой вопрос мучает: ну зачем, спрашивается, Петру I, отправившему свою нелюбимую жену в монастырь и положившему на нее крест с палочкой, вдруг ни с того ни с сего интересоваться ее амурными делами и жестоко за них наказывать? Выгнал, и все бы тут! Ведь даже краешка сердца его не задела эта простая и чувствительная женщина.
Ан нет! И историки тоже до сих пор ничего не понимают! Откуда-то вдруг у Петра возникла дикая ревность к Глебову и дикая злость на Евдокию. Злополучную парочку арестовали, царь назначает следственную комиссию, интересуется ходом расследования. Два монаха, по приказанию царя, выпороли Евдокию как следует, а палач, специалист своего дела, придумывал самые мучительные наказания и пытки для Глебова: и по деревянным гвоздям его водили, и кнутом пороли, и на дыбу саживали.
И вот 16 марта 1718 года врачи констатировали, что больше суток Глебов не проживет и надо быстрее совершить казнь. Полумертвого Глебова одевают в теплую шубу, теплую меховую шапку, в меховые сапоги (это для того, чтобы подольше продлить мучения) и в тридцатиградусный мороз волокут во двор и сажают на кол. Почти сутки с проткнутым в теле колом, истекая кровавой пеной, мучается Глебов, пока вечером 17 марта не испустил дух.
