И только один король, Генрих III, чистоту любил, а когда до власти дошел, приказал Лувр «слегка подчистить», лестницы вымыть, кухню с ее не всегда приятными запахами вон вынести, зверюшек экзотических, разных там львов, тигров и медведей тоже, и Лувр засверкал. А то прямо стыд какой-то для истории! То мадам Помпадур разводит в лучших комнатах Версаля своих куриц, чтобы тепленькое яичко Людовику XV в постельку занести, то Монтеспан в лучшей комнате Версаля с лепными и золочеными потолками свиней и баранов пасет!
А Клавдий Тиберий, так тот вообще разрешил «пукать» своим подданным во время пиров! Ничего не стесняйтесь, вассалы! Ибо задержание газов весьма вредно для организма.
Но в общем-то признаем, что забыли, забыли наши дворяне изречение одного философа, всю жизнь доказывающего, что «чистоплотность для тела то же, что чистота для души». Даже чернокожие и краснокожие о чистоплотности белых с презрением отзывались: «Ты моешься, как белый», ибо белые, живя у дикарей, моют себе только слегка лицо и руки.
Ну, конечно, отступление от нормы имелось. Не без этого. Греки, например, вместо воды натирались оливковым маслом и скребком отскребывали грязь.
Как было у европейцев? Век элегантности был веком одновременно удивительной нечистоплотности. Только изредка богачи употребляли мыло и розовую воду. Король-«Солнце» Людовик XIV довольствовался тем, что по утрам слегка обрызгивал руки и лицо одеколоном. И этим заканчивался процесс его умывания. Вообразим, какое амбре от него исходило, если дамам хотелось не его объятий, а возможности в укромном месте отмыться.