За разговором быстро пролетает остаток дня. На сон выделяю уже ставший стандартным промежуток в девять часов. Смены дежурства тоже распределяю идентично. Когда все отправляются спать, начинаю перемещаться от окна к окну, наблюдая за ситуацией снаружи. Мысли крутятся вокруг охоты на локальных лидеров, которой мы планируем заняться завтра. Как много ""эволюционистов"" мы обнаружим в деревнях? Насколько просто их будет уничтожить? Хватит-ли этого, чтобы конкурировать с другими отрядами? Представляю какие ранги должны быть у тех, кто подмял под себя Кстово и минут десять прокручиваю в голове планы того, как до них можно добраться.
Так, за мыслями пролетают три часа смены. Перед сном глотаю ещё одну таблетку, чтобы притупить боль в голову. Бужу Дарью и забираюсь в спальник. Минут пятнадцать ворочаюсь, пристраивая болящую голову, но потом всё-таки вырубаюсь.
Интерлюдия 7. Майор
Путь до своей квартиры занял у майора двое суток. Два дня, наполненных смертью и кровью. В первый же день он попробовал заговорить с группой гражданских, которых обнаружил около дороги.
К концу первых суток на поверхности, он понял, что за проведённые под землёй пять дней, прежние социальные нормы успели стать реликтами старой эпохи. Он успел отправить на тот свет больше десятка человек и получил ещё один балл эволюции.
Следующий день он пробивался через городские улицы, прячась, убивая, отстреливаясь. И дошёл. Правда обнаруженная квартира была пуста. Никого. Ни жены, ни детей.