Они жестко враждовали между собой – официальная пропаганда каждого обвиняла во всех неудачах другую сторону. Время от времени в Таго разоблачали и казнили шпионов Агрегании, а в Агрегании с ликованием уничтожали одного за другим шпионов Таго. Об этом сообщали наши ребята, работающие в Агрегании.
Правда, как удавалось агреганским шпионам проникать в Таго и наоборот, оставалось только догадываться: между континентами было несколько тысяч километров, а мореходство здесь было не очень развито – только небольшие парусные шхуны выходили в океан на рыбную ловлю, огибали материк в исследовательских целях или для торговли с отдаленными районами, но пределов прибрежных вод не покидали.
Тут будет реклама 1
Это обстоятельство препятствовало масштабной войне между Таго и Агреганией, а над загадкой появления чужих шпионов никто не задумывался.
Надо сказать, что нас факт такой ксенофобии насторожил с самого начала.
Тут будет реклама 2
А чем больше мы погружались в местную жизнь, тем больше понимали, что она не так красива, как сказочный серповидный берег, на котором мы высадились. Природа и общество имели разнонаправленные векторы. Серые унылые однотипные строения, блеклая мешковатая одежда, озабоченные лица местных жителей – все это входило в противоречие с буйством красок вокруг.
Столицей Таго являлся почти миллионный город Стакка, вокруг беспорядочно рассыпались городки поменьше и сельские поселения, в которых без элементарных удобств, в бедности и голоде жили запуганные и темные крестьяне.
Тут будет реклама 3
В Стакке уровень жизни был повыше: здесь имелось электричество, по твердому покрытию дорог разъезжали запряженные тягловыми животными повозки, население было более обеспечено продуктами питания, которые, впрочем, распределялись по талонам, в зависимости от положения навойцев на социальной лестнице.
Тут будет реклама 4
Политический режим был непонятен, так же как форма правления. Повсюду в общественных местах висели плакаты, восхваляющие некоего «Мудрейшего», часто глашатаи с малопонятными портретами громко кричали такие славословия вслух. Жители в разговоры на политические темы не вступали, а на расспросы выкрикивали: «Слава Мудрейшему!» – и торопились уйти.
