— Способ казни объявляется непосредственно перед кончиной, — забулькал радостно толстяк, — злое земноводное кинет его на почту за пять минут до смерти.
— Что же надо было готовить? — опешила я, — какую тему?
— Все! — заржали хором мои милые друзья.
— А мы что будем делать? — спросил Эспо у Кей-Мерера. Звучал отчетливо в братском веселье.
— Да, — обернулся Иван к комэскам.
— Посмотрим шоу, а потом отправимся на уикэнд, — спокойно заявил барон, — как раз к обеду успеем.
Если честно, то я не особо боялась пресловутого выяснения моего уровня незнания культурных дел.
— Ого! — высказалась я изумленно. Амфитеатр лекционного зала забит под завязку. — Нам не сюда, наверное.
— Сюда, сюда, — заржали рыжие весельчаки ОТуллы.
Изя протянул мне свой рабочий планшет. «История и культура расы homo verus» светилась тема собрания. Пять минут, как прилетела.
Засада! Каких только мировых чудес и откровений ни запихнули в мою светлую голову многомудрые дамы за четыре года, но только не это. Самое сочетание слов хомо и верус считалось в Сент-Грей категорическим табу.
— А мадам Бланш в чувстве юмора не откажешь, — хмыкнул толстяк.
— И в чувстве времени, — добавил Левый. Огляделся. — Самая модная тема нынче. Вся школа пришла. Даже бригадир здесь. Как они так быстро узнали?
— Надеялись, — прикололся его брат.
— Я думал, что будут только двоечники и Бланш, а тут ходынка, — я вертела головой по сторонам.
— Т-сс! — сказал Кей-Мерер мне в щеку. Оказался близко, — Юнкер велел про это не распространяться, ты забыл, Петров?
Я не забыла. Секрет секретный. Пальбу на школьной площади под утро не слыхал только мертвый.
— Провертит майорскую дырку в пагонах за наш счет ловкач капитан, как пить дать, — проговорил Эспо с неясным чувством.
— К бригадиру присоединимся, там лучше видно, — отозвался барон, — удачи, парни!
Он вдруг слегка приобнял меня за плечи. Дружески, как тогда в клетке, когда обещал защитить. Не ожидала. Остальные два комэска наградили знакомыми до боли хлопками по спине.
— Положи планшет перед собой на стол, Ленчик, — сказал тихо Изя, — я стану подсказывать.
— А это разве можно? — изумилась я в очередной раз.