Добавил, гордясь: — А за некоторые и по сотне двойных золотых дублонов отваливали.
— Щедро! Золотая жила, жаль, теперь такого нету, — я сделала завистливый вздох.
— Да! Порезвились над людоедами мы тогда на совесть! Есть что внукам рассказать, — солидно похлопал себя по карманам седой закройщик.
— Это так! И мне в детстве рассказывали, как рейнджеры ловили нелюдей на живца. Привяжут безнадежно раненного и ждут, когда звери попадают на запах крови. Потом покрошат всех в капусту и виктория! Золото само прыгает в карман.
Дед напрягся моментально. Стал пунцовым. Большой нос втянул в себя густой воздух приемной.
— Нет! Это наследство моей жены. На этих камнях крови нет, мсье Петров! — седой убийца глядел на меня чуть ли не с вызовом. От него ко мне густой черной волной прикатила ненависть. Ого!
Я сделала скоренький шажок и спрятались за сильную спину командира.
— Хорошо-хорошо, уважаемый герр Шен-зон.
Душка барон сделал царственный жест в сторону дубовой конторки. Я следом изобразила рот корытцем. Типа, деревенский дурачок. Владелец ателье скорой рысью помчался выписывать чек.
Кей-Мерер подошел к нему вплотную. Что-то терли они между собой вполголоса. Что за тайны? секретные выкройки галифе? я стояла к ним вполоборота.
Ком рос в глотке, мешая вздохнуть. Скорей бы выйти на улицу. На свет. На свободу.
Скромняга-вранглер грустил, прочно запертый вдоль тротуара. Старый, добрый роллс уперся золоченым духом экстаза в задний бампер нашего внедорожника. К решетке радиатора спереди прилипла алая пузотерка. Астон Мартин кабриолет. Не кот начхал. Вся баронская родня заказывает шмотки у миляги герр Шен-зона?
Давешняя подружка комэска украшала собой перламутровую кожу сиденья лимузина.