Я прошёл мимо неё и сразу же громыхнул:
— Кто в госпитале главный?
— Так Альфред Георгиевич. Он у нас и заведующий отделением, и исполняет обязанности главного врача. Только он нынче ночью не здесь, — продребезжала вторая тётка, чью физиономию украшала бородавка. Именно она разговаривала со мной по телефону. Я узнал её голос.
— Вызовите его. Пусть немедленно приезжает сюда, — приказал я, заложил руки за спину и с умным видом пошёл по коридору.
Пётр посеменил чуть позади и правее. Он изобразил въедливый взор и принялся скользить им по всем трещинкам стен, соринкам на полу и пятнам на потолке.
— Сейчас попробую дозвониться до него! — отбарабанила первая и, тяжело кряхтя, довольно шустро посеменила по коридору, скрывшись за одной из дверей.
— Вы, — кивнул я на тётку с бородавкой. Та аж испуганно дёрнулась и прикрыла лицо рукой, словно подумала, что я пропишу ей леща. — Вы, любезная, сопроводите моего помощника на второй этаж.
— Есть! — по-военному попытался гаркнуть старичок и скрылся с глаз долой.
Тётка же послушно повела Петра на второй этаж, воспользовавшись монументальной роскошной лестницей с мраморными ступенями и перилами из отполированного до блеска красного дерева.
А я, оставшись один, телепортировался к той двери, за которой скрылась первая женщина. Приложил ухо к замочной скважине и прислушался."
"— Боги, боги, боги… Что же теперь будет? — лихорадочно причитала тётка.
Она с таким ужасом и придыханием произнесла моё местное имя и статус, словно говорила минимум о прибытии Чернобога на пару с Мареной.
— Нет, не объелась я белены, Альфред Георгиевич! Не перепутала таблетки, — продолжала стрекотать тётка.