А копьё в трёхпалой лапе окончательно убедило меня в том, что ящер разумен.
Да ещё подле него вдруг бесшумно возник второй крокодил. Такой же высокий, почти под два метра, и практически лишённый плеч. Но зато его вытянутое тело защищала крепкая на вид чешуя, а из-за спины выглядывали колчан со стрелами и лук.
— Пора трубить противоящерью тревогу, — еле слышно пробормотал я.
Мои слова почти заглушил шум бурной реки, к которой мы заметно приблизились.
— Нападём на них первыми, — воинственно прошептал Хеймдалль.
— Это тебя так вдохновило то, что их всего двое? А если рядом стоит ещё десяток ящеров с луками? Представляешь, какую они тебе сделают акупунктуру своими стрелами? А может, они вообще не собираются атаковать? Надо попробовать с ними поговорить.
— Все вы, потомки Локи, горазды поговорить, когда надо действовать, — презрительно процедил бог и внезапно ринулся в сторону ящером со скоростью камня, пущенного из пращи.
— Ой дурак, — болезненно скривился я, когда джунгли взорвались многоголосым кровожадным шипением.
Глава 14
Джунгли изрыгнули с десяток стрел с белым оперением и стеклянно поблескивающими чёрными наконечниками. Они со свистом устремились в сторону Хеймдалля. А тот ловко извернулся, прям как уж на сковородке, пропустив часть мимо себя, а часть отбив вжикнувшим мечом.
Правда, две стрелы всё же хищно угодили в его левое плечо, чавкнув плотью. Стеклянные наконечники вошли глубоко, кажется с хрустом задев кость. Рука бога сразу же отнялась, покрывшись горячей кровью, побежавшей по коже.
Ящеры же восторженно зашипели, всё так же прячась в сочной зелёной листве джунглей.
— Локки, отходим в сторону реки! — хрипло выпалил бог и ринулся обратно в мою сторону.
Он бежал как-то боком, дабы контролировать то, что происходило за его спиной. А то ведь ящеры могли снова угостить его стрелами.
— А как же твоё желание начистить зелёные рыла? Передумал? Внезапно захотел искупаться? — ехидно выдал я, помчавшись через заросли туда, где грохотала река.
— Не время для твоих жёлчных шуточек! — яростно выпалил асгардец, забрызгав слюной подбородок."
"— Ещё как, млять, время! Я же тебе говорил, чтобы ты не бросался с мечом наголо на этих милых созданий! Ненавижу дураков, подвергающих опасности мою драгоценную жизнь!
Громов-младший был со мной полностью солидарен. Он злобно проклинал бога, глядя на него нашими общими глазами.