— Так как быть с Роном?
— А знаешь что, — медленно проговорила Парвати, — моя сестра… наверное, ты её знаешь… Она — когтевранка. Я скажу ей, если хочешь.
— Прекрасная мысль! Дай мне знать, когда поговоришь с ней.
И Гарри вернулся к Рону. Да, этот бал потребовал от него героических усилий, хотя и вряд ли того стоил. Теперь одна надежда — что нос у Падмы Патил окажется там где надо — в середине лица.
Глава 23
Святочный бал"
"На рождественские каникулы четверокурсникам задали очень много уроков. Но Гарри не спешил садиться за книги.
Канареечные помадки Фреда и Джорджа пользовались большим успехом, и первые дни каникул кто-нибудь то и дело обрастал жёлтыми перьями. Но очень скоро гриффиндорцы распознали подвох и стали с опаской принимать предложенное угощение: вдруг внутри окажется канареечная помадка? Джордж с Фредом по секрету рассказали Гарри, что готовят ещё кое-что почище, и Гарри дал зарок ничего съедобного из рук близнецов не брать.
Снег всё падал и падал, и скоро замок и окрестности оделись толстым белым пуховиком. Голубая карета Шармбатона сидела в снегу, как огромная обледенелая тыква; домик Хагрида смахивал на имбирный пряник; иллюминаторы дурмстрангского корабля заиндевели, а с мачт и снастей свисали тяжёлые витые сосульки.
— Эта ваша еда слишком тьяжолая. Моя красивая мантия будет мне мала! — недовольно воскликнула она как-то вечером в Большом зале. Гарри, Рон и Гермиона как раз выходили оттуда — Рон, пригнувшись, прятался за спиной Гарри, чтобы Флёр его не заметила.
— Бедняжка! Какой ужас! — с иронией посочувствовала Гермиона. Но Флёр уже вышла в холл и не слышала её слов. — И чего себе воображает!
— Гермиона, а с кем ты идёшь на бал? — Рон прямо-таки сгорал от любопытства и уж не раз задавал этот вопрос — вдруг Гермиона проговорится.
— Не скажу, потому что ты станешь смеяться.
— Ты, Уизли, наверное, совсем того! — послышался за спиной голос Малфоя.