– И он до сих пор не знает, где ты? – удивился Савр.
– Не знает. Но мои друзья прислали вестника, что папа лютует, обыскивает город в поисках непутевого сына.
Мы посмотрели на парня другими глазами. Однако я не могла понять, почему он вел себя настолько вызывающе, еще и постоянно упоминал отца? Неужели не сообразил, что делает только хуже? Ведь с демона станется отправить его обратно. Видимо, не только меня это волновало, потому что Кроди спросил:
– Тогда зачем вел себя как кретин? Домой захотелось?
– Я не желал заводить друзей и участвовать в мероприятиях, думая, если отверну от себя сокурсников, никто не пожелает со мной связываться.
– Не переживай, демон только с виду грозный, своих он не отдает, даже если это сам господь бог. – Некромантка хлопнула парня по плечу.
– Поверю вам на слово, – тяжко вздохнул юноша.
– И прекращай так себя вести. Не хочешь дружбы, не надо, никто не навязывается, но соревнования мы должны выиграть, – твердо заявил Лефи.
– Раз должны, выиграем, – весело отозвался Мир.
Сейчас он и близко не походил на того задиру и нытика, с которым мы столкнулись в первые дни учебы, и на него никто не смотрел с неприязнью.
Закончив с парнем, все посмотрели на Атшару, но вампирша словно не замечала наших взглядов. Настаивать не стали, не желает говорить, значит, так тому и быть.
«Или еще не успела проработать легенду», – меланхолично отозвалась Снежа.
Я напряглась, ожидая чего-то необычного: «Ты смогла о ней что-то узнать?»
«Нет. Не получается, у нее мощные щиты и явно не вампирские, с ними я легко разобралась бы».
«Тогда почему считаешь, что ей необходима легенда? Может, она действительно подавальщица из таверны, простолюдинка вампирского происхождения?» – и машинально посмотрела на ее руки.
Угадав мои мысли, дракошка скептически хмыкнула: «Ага, тоже заметила? Слишком ухоженные, хотя она и пыталась искусственно их преобразить. Но девушка явно не видела руки нетитулованных особ, зарабатывающих на жизнь тяжким трудом».