Я торчал за столом обвинителей, словно на необитаемом острове — не было ни Мэгги, ни Босха. Стол защиты пустовал.
— Микки! — раздался шепот за спиной.
Я обернулся и увидел Кэйт Солтерс из «Лос-Анджелес таймс».
— Не могу говорить, занят!
Она будто не слышала:
— Как вы считаете, мог неудачный допрос свидетеля защиты способствовать…
Меня спасла Брайтман, появившаяся наконец в судейском кресле. Вопрос, который будет меня мучить до конца жизни, повис в воздухе.
— Итак, снова народ Калифорнии против Джейсона Джессапа.
Я встал:
— Ваша честь, я не слышал сообщений прессы, но могу подтвердить, что мистер Ройс и второй защитник, Дениз Грейдон, были застрелены в своей конторе во время обеденного перерыва.
Судя по гулу голосов, поднявшемуся в рядах публики, эти факты пока обсуждались на уровне слухов.
— Известия и в самом деле трагические. — Брайтман склонила голову.
— Да, ваша честь, весьма.
— Однако в настоящий момент нам следует отвлечься от эмоций и решить, что́ предпринять в отношении дела, находящегося на рассмотрении.
— Да, ваша честь. Я прошу объявить перерыв в судебном разбирательстве и изолировать коллегию присяжных до получения полной информации, а также прошу отменить освобождение мистера Джессапа под его собственное поручительство и дать санкцию на его арест.
Брайтман долго молчала.
— Я удовлетворю ходатайство стороны обвинения об отмене временного освобождения обвиняемого и его аресте, однако в сохранении коллегии присяжных нет необходимости.
Я знал, что это первым придет ей в голову, и обдумывал свой ответ все время, пока ждал за столом.
— Ваша честь, народ возражает против отмены судебного процесса. Мистер Джессап добровольно отказался от своего права присутствовать на суде.