Ловушка для адвоката

— И я останусь ночевать… Ты это имеешь в виду?

— Конечно, если захочешь.

— А ты хочешь?

— Да.

— Кстати, приз у нее первый. Ты уж, пожалуйста, выучи до вечера.

Я улыбнулся.

— Значит, сегодня?

— Думаю, да.

— Тогда не беспокойся, я не подкачаю.

22

Суббота, 20 марта, 20:00.

Услышав, что помощник прокурора хочет присоединиться к наблюдению за Джессапом, лейтенант Райт сказал, что будет за рулем сам. Встречу назначили на Венис-Бич, на общественной парковке в шести кварталах от пляжа. Заметив Мэгги Макферсон, Босх сообщил по радио, что они готовы.

Через четверть часа на стоянку въехал белый внедорожник. Макферсон села на переднее место, Босх устроился позади, чему был искренне рад — длинное заднее сиденье позволяло хотя бы вытянуть ноги во время утомительного ночного дежурства.

— Стив Райт, — представился лейтенант, протягивая руку.

— Мэгги Макферсон. Спасибо, что согласились взять меня.

— Нет проблем, наоборот, очень рад интересу со стороны окружной прокуратуры. Надеюсь, сегодня будет интересно.

— Где сейчас Джессап?

— В «Бриге», на бульваре Эббота Кинни. Он предпочитает людные места, и это для нас удобно. Двое наших дежурят в самом баре и еще несколько на улице. Мы уже изучили его привычки. Заходит, ждет, пока его узнают и закажут выпивку, потом идет дальше. Если не узнают, уходит сразу.

— Мне интереснее взглянуть на него ночью, — сказала Макферсон.

— Хорошо, что он сегодня пьет, — заметил Босх с заднего сиденья, — в такие ночи его чаще тянет на Малхолланд.

Райт кивнул, соглашаясь, и тронул машину с места.

Он совсем не походил на полицейского, а потому был идеальным агентом наблюдения. Уже лысеющий, за пятьдесят, в очках и с двумя-тремя авторучками, вечно торчащими из нагрудного кармана рубашки, он скорее напоминал бухгалтера. Никто не поверил бы, что этот человек двадцать лет проработал в особом отделе и участвовал во множестве рейдов, в том числе и таких, когда преступников живыми не брали. «Лос-Анджелес таймс» каждые несколько лет поднимала шум по поводу кровавой истории отдела, и в последней статье, которую Босх запомнил, Райт был назван «главным полицейским головорезом». Однако то, что пресса считала оскорблением, Райт воспринимал как знак отличия и даже напечатал соответствующую цитату из газеты на своей визитке. В кавычках, разумеется.

Он проехал по бульвару мимо «Брига», занимавшего двухэтажное здание на западной стороне улицы, через два квартала развернулся, поехал назад и остановился чуть поодаль, у пожарной колонки.