Но не могу же я прятаться вечно от божественного света и златой нити? Опустил взгляд на грудь Шайри. Золотистое сияние встрепенулось, словно проснувшаяся птица. Сияющие искры окутали звёздной шалью, мягко повлекли куда-то. Она давно ждала меня. Рада.
Поместье 23янв.08г.
- Открывай свои прекрасные глазки, братик!
Голосок, словно перезвон колокольчика. Такой приятный, но следовать ему не хочется. Стопы ноют, шея затекла. Не знаю, смогу ли я поднять голову.
- Я знаю, что ты уже не спишь, - не отстаёт девушка.
Вздыхаю, с трудом разлепляю веки.
- С днём рождения! - весело вскричала она. И криво ухмыльнулась: - Точнее, с днём смерти, Алекс.
И расхохоталась. Я вздрогнул, смех скорее истеричный. Так хохотали бомжихи в притоне, где я прятался от мороза. Но слышать такой неестественный хохот из уст молоденькой девушки странно до жути. И я верю ей, Алекс сегодня умрёт.
- Ну и семейка у вас, - ворчу. - Адамсы отдыхают...
Она мерзко хихикает в ответ. Медленно приподнимаю голову, бросаю тревожный взгляд по сторонам. Старика нигде не видно.
- Он ушёл, - понимающе щебечет Мари. - Куда-то готовиться свалить. Или чего-то там готовить. Вот только не обед! - Она снова расхохоталась, радуясь своей жиденькой шутке.
Кажется, я начинаю понимать Алекса, который не очень-то любил свою сестрёнку.
- Что ты с ними сделала? - прохрипел я.
- А, - небрежно отмахнулась Мари. - Это не я. Это дед. Болтали много. А ты не такой уж и страшный, когда висишь босой.
- Страшный? - удивился я. - Ты боишься собственного брата?
- Ага, - волчий взгляд девушки обескураживает, - ты и сам бы в штаны навалил, будь ты на моём месте.
- Так что ты видела? - перебил я, не в силах выслушивать, как Мари ненавидит своих предков.
- Обезьяну с гранатой, - мерзко захихикала девушка. - Как правильно выразился дед. Ты хватанул живы столько, что мог разнести полгорода, знай ты, что нужно делать.