Что там ещё? Перепады настроения, гормоны?
В последнем я могу лично убедиться утром, когда просыпаюсь от крика Ланы.
— Какого черта, Тигран?!
— И тебе доброе утро, — ворчу и тянусь к тумбочке за часами, проверить время. — Что стряслось, мышка? До будильника ещё полчаса.
— А до встречи с врачом? — Лана стоит возле кровати, недовольно скрестив руки на груди. — Почему тебе приходит смс, что ты пропустил прием?
— Наверное потому, что я пропустил прием. График нужно было двигать, вот и выбросил ненужное.
— Ненужное? Ты шутишь?! Тигран, ты не можешь просто пропускать обследования и говорить об этом так спокойно.
А я с лёгким ужасом понимаю, что не могу этого вспомнить.
Поднимаюсь на локтях, щурясь от яркого света. Лана даже дышит грозно, настолько недовольна происходящим. Фыркает и, будь возможность, точно бы бросила в меня телефоном.
Но любит и желает.
Почему-то это даже забавляет. Любой другой я бы высказал за такие истерики, вмешательство в мою жизнь.
Но это ведь Лана, ей можно всё и всегда. Сама присвоила такое право, договорившись с моим сердцем. Сговорились против меня, начали превращать в слабака.
А я радуюсь.
— Иди ко мне, мышка, — протягиваю ладонь, не сводя взгляда с её обнаженных ножек. — Давай, утро с любимым мужчиной по-другому начинать нужно.
— Ты не ответил. Ты…
— Сначала правильное утро, а потом разговоры. Да?
— Не буду я с тобой спать, Тигран.
Сдувается под моим взглядом, делает короткие вздохи и отворачивается. И юркает ко мне под одеяло, как только начинаю подниматься. Прижимается, намеренно громко сопит на ухо.
Обиженка любимая.
— Доброе утро, любимая, — улыбаюсь, опрокидывая её на кровать. Нависаю сверху, удерживаясь на руках. Наклоняюсь для короткого смазанного поцелуя, пока девушка не начнёт вырываться. — Как спалось?
— Тигран! Я… Хорошо спалось, а потом разбудили смс на твоем телефоне.
— Прости, в следующий раз отключу звук, чтобы тебе не мешало. Давай ещё поспим, а?
— Мирзоев! Ты меня за золотую рыбку держишь? У меня память не такая короткая, а не забываю… Ой! Прости.
Прижимает хрупкую ладошку к губам, словно сказала что-то лишнее. Моя болезнь? Да похрен в каком-то плане, давно и глубоко похрен, не задевают такие слова. Тем более, что Лана явно их использовала не для того, чтобы ударить по мне.
Но молчу.